Заказ обратного звонка

Оставьте свой телефон и мы перезвоним в удобное для вас время!

Заказ обратного звонка

Ваша заявка принята. Ожидайте звонка.

Публикации, материалы экзистенциальных конференций

ИНТЕНСИВНОСТЬ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КАК ЛИЧНЫЙ ВЫБОР

С. О. Лысенко

Как правило, во все времена выбор интенсивности профессиональной деятельности был делом личным. Разумеется, выбор это всегда проходит в условиях ограничений и часто не осознаётся, но он есть. Раньше, когда орудия труда были малопроизводительными, и человек должен был работать, чтобы в буквальном смысле прокормить себя, ограничений было на порядок больше, чем в наше время. Однако и сотни лет назад одни люди работали в поте лица, в то время как другие "лежали на печи", что широко отражено в народном фольклоре.

В современной жизни ограничений стало гораздо меньше, а возможностей больше. Это касается возможностей "устроиться" и не работать, равно, как и возможностей трудиться в высшей степени интенсивно и продуктивно. В связи с этим и наша собственная ответственность за степень вовлечённости в профессиональную деятельность возросла.

Поскольку общая тема конференции: "Интенсивность жизни - вызов нашего времени", попробуем для начала понять, как изменились за последние десятилетия условия профессиональной деятельности.

  1. Усовершенствовались орудия труда, что в принципе позволяет снизить интенсивность ручного труда, монотонной нетворческой работы, либо при той же интенсивности увеличить производительность. Это касается не только материального производства, но и умственного труда. Например, использование компьютера позволяет уменьшить временные затраты на написание текста, либо создание изображения, поиск информации, передачу и распространение информации.
  2. Появилось много новых областей деятельности, а в существовавших областях углубилась специализация. Это теоретически также позволяет снизить интенсивность деятельности, либо повысить качество и производительность при той же интенсивности.
  3. В связи с развитием психологии возросло понимание особенностей эффективного использования человеческих ресурсов, научной организации труда. Это также даёт возможность снизить интенсивность и повысить производительность.

Однако все эти факторы бледнеют на фоне дикого российского капитализма. Собственники предприятий в погоне за прибылью пытаются досуха выжать устаревшее советское оборудование, а работников зачастую эксплуатируют без оглядки на охрану труда. В результате интенсивность труда на предприятиях (особенно это касается материального производства) высокая, а условия труда сопряжены с риском для здоровья, а иногда и жизни. Угледобывающая промышленность Кузбасса - наглядный тому пример.

В статье "Безопасность на предприятиях угольной промышленности Кузбасса в конце XX начале XXI века", опубликованной в журнале "Безопасность труда в промышленности" (№12, 2010 г.) утверждается, что "Высокий травматизм на предприятиях угольной промышленности Кузбасса, да и всей России, обусловлен значительным износом горно-шахтного оборудования, который к началу XXI в. составлял 60-70 %, а в ряде случаев и 90 %." [2]

В целом, производство в современной России скорее экстенсивное, чем интенсивное. То есть экономическая система существует за счёт истощения, а не воспроизводства имеющихся ресурсов, в том числе и человеческих ресурсов. Недаром после перестройки была свёрнута программа научной организации труда.

Если говорить о рисках такой интенсивности, то они очевидны: профессиональные заболевания, травматизм, смертность в результате недостаточного обеспечения безопасности труда. Конечно, дело здесь не столько в интенсивности, сколько в контексте, социальных факторах, сопровождающих её.

Одним из таких факторов является низкая заработная плата с одной стороны и активная пропаганда интенсивного потребления с другой. Нас постоянно пытаются втянуть в гонку за модой. Всё должно быть новым, всё на один сезон: одежда, телефон, бытовая техника, автомобиль. Эрих Фромм ещё в 1976 году писал: "Сегодня вещи покупают, чтобы поскорее выбросить. Прежний девиз "Старое - лучше" сменился девизом: "Один раз надеть и выбросить" [3]. А если не хватает наличных, вам со всех сторон предлагают взять в кредит. Таким образом, человека всеми средствами втягивают в бессмысленный круговорот потребления. Интенсивнее работать, чтобы интенсивнее потреблять то, без чего легко можно обойтись. В итоге деятельность как таковая зачастую обессмысливается, воспринимается только с точки зрения заработка.

Другой фактор, сопутствующий наёмному труду - положение человека в статусе винтика в огромном конвейере. "Незаменимых людей нет" - девиз современного работодателя.

Эти факторы способствуют эмоциональному выгоранию, распространению ощущения бессмысленности и работы и жизни в целом. Как следствие - высокая алкоголизация, наркомания и прочие зависимости, помогающие человеку забыться, уйти в иллюзорный мир. Таким образом, риски относятся не столько к интенсивности, сколько к бессмысленности, сопровождающей отчуждённое отношение человека к своей профессиональной деятельности. О том, что интенсивность деятельности сама по себе не является проблемой, мы поговорим чуть позже.

Вернёмся к исходному тезису доклада. Является ли только что описанная ситуация вынужденной, или определяется свободным выбором? Конечно, работа в конкретной организации на конкретной должности часто не оставляет особого выбора: работай по правилам или будешь уволен. Выбор лежит на другом уровне и касается опять же не столько интенсивности, сколько определения области своей профессиональной деятельности, места приложения своих способностей и усилий. Т. е., работая бухгалтером на предприятии, я не могу произвольно выбирать интенсивность своей деятельности, однако я могу сменить работодателя или свою специальность.

Разумеется, здесь тоже всё не однозначно. Сумма факторов, которые затрудняют и ограничивают выбор, может быть значительной: отсутствие достаточного количества рабочих мест в регионе, необходимость кормить семью, финансовые обязательства по выплате ипотеки или кредита. Но и возможности нашего времени по сравнению даже с 90-ми годами прошлого века значительно выросли. Сегодня человек имеет гораздо большую мобильность, что видно в росте миграции. (Недавно, вспоминая своих знакомых, уехавших из Новокузнецка в Москву, Новосибирск, Петербург и за границу за последние 5 лет легко насчитал более 20 человек). Повсеместное распространение Интернета позволяет быстро получить информацию и консультацию практически по любому вопросу, найти работу в другом городе, освоить новую специальность, работать удалённо через Интернет.

Но главное - у каждого из нас всегда есть выбор отношения к деятельности: как к продуктивной творческой активности, либо как к занятости, цель которой - заработать средства для большего потребления. Как писал Фромм: "Продуктивность - это свойство характера, это ориентация личности, которая может быть присуща любому человеческому существу, если только он не эмоциональный урод. Продуктивная личность оживляет всё, чего бы она не коснулась. Она реализует свои собственные способности и вселяет жизнь в других людей и даже в окружающие предметы" [3].

И в таком случае, при продуктивной активности, интенсивность переживается совершенно по-другому. Эта интенсивность является выражением жажды познания, творчества, самовыражения и самоактуализации.

Примером такой жизни служит судьба Мирчи Элиаде - одного из величайших мыслителей, учёных и писателей 20-го столетия. Человек, который свободно владел восемью языками, автор более 40 научных трудов, более 30 художественных произведений и бесчисленного множества статей. При этом Элиаде не был "кабинетным" учёным, он много преподавал, много путешествовал. Как всё это удалось воплотить в одной жизни? Вот, что Элиаде пишет в своих мемуарах: "И потом я знал ещё одну вещь - что впереди у нас совсем не много времени. В тогдашних моих планах было около двадцати книг: романы…, одна книга о мифе, другая о религиозной символике, "Волшебная гора" (об архитектонической символике), "Комментарии к легенде о мастере Маноле", завершение работы по восточной алхимии, история индийской философии, монография о Хашдеу и об энциклопедической традиции в румынской культуре…, книга о концепции смерти в верованиях и обычаях румын и что-то ещё, сейчас уже не припомню…. Итак, я торопился. Не только потому, что постоянно испытывал нехватку денег, но и потому, что хотел обозначить начало собрания своих сочинений, то есть выпустить обойму книг, из которых стало бы понятно, о чём я думаю, что люблю, на что надеюсь…. Я предпочитал быть ведомым инстинктом, то есть писать, как писал до сих пор, невзирая ни на какой риск. А риск был значительный, и я это знал. Ведь если бы я не успел напечатать столько, сколько надо, и в разных областях, чтобы начали проступать контуры собрания, в напечатанных книгах никто не заметил бы то тайное измерение, которое высвечивалось исключительно в составе целого" [4]. Как видим, речь идёт не о риске интенсивности, а о риске не успеть. На тот момент Элиаде 28 лет. Он доктор философии, автор четырёх опубликованных романов и нескольких сотен статей. Три года прожил в Индии, где изучал санскрит, философию, подготовил диссертацию по йоге.

Понимание своей сверхзадачи требовало и сверхусилий: "С пятого класса (т. е. с 14 лет) и до конца университетского курса я приучал себя спать всё меньше и меньше, иногда довольствуясь тремя - четырьмя часами. К такому результату я пришёл упорно дисциплинируя себя…. Не скажу, чтобы это давалось мне легко…. В конце концов, я привык к четырёхчасовому рациону, и даже если хотел, не мог спать больше" [4].

Элиаде прожил 79 лет, до последнего не прекращая работу. И это была жизнь, как точно выразился один из его друзей Эмиль Чоран, "которая прожита сполна".

Конечно, совсем не обязательно спать по 4 часа в сутки, чтобы вести продуктивную творческую жизнь. Вот несколько правил, которых придерживался русский учёный Александр Александрович Любищев:

  1. Я не имею обязательных поручений;
  2. Не беру срочных поручений;
  3. В случае утомления сейчас же прекращаю работу и отдыхаю;
  4. Сплю много, часов десять;
  5. Комбинирую утомительные занятия с приятными" [2].

Как видите, правила не утомительные. Однако за этими правилами также стоит сверхзадача и строжайшая самодисциплина. Любищев на протяжении 56 лет с возраста 26 лет и по день смерти вёл учёт и планирование времени и использовал каждую минуту своей жизни. Например, подводя итог в 1965 году, Любищев пишет: "… Всего в 1965 году учитывалось работ первой категории - 1906 часов против плана 1900 часов…. В среднем в день 5,22 часа…"[4]. Пять с лишним часов чистой научной работы ежедневно без выходных и праздников, без "перекуров" - Любищев учитывал чистое время работы - время "нетто". И это в 75 лет!

А ведь была ещё и работа второй категории, которая включала научные доклады, лекции, чтение художественной литературы. 
Не удивительно, что Александр Александрович оставил после себя колоссальное научное наследие. Даниил Гранин в биографической повести о Любищеве пишет: "При жизни он опубликовал около семидесяти научных работ. Среди них классические работы по дисперсионному анализу, по таксономии, то есть по теории систематики, по энтомологии - работы, широко переведенные за границей…

Всего же им написано более пятисот листов разного рода статей и исследований. Пятьсот листов - это значит двенадцать с половиной тысяч страниц машинописного текста: с точки зрения даже профессионального писателя, цифра колоссальная….
Он читал лекции, заведовал кафедрой, отделом научного института, ездил в экспедиции: в тридцатые годы он исколесил вдоль и поперек Евро-пейскую Россию…. В так называемое свободное время, для "отдыха", он занимался классификацией земляных блошек. … Он собрал материалов в шесть раз больше, чем имелось в Зоологическом институте…"[1].

И снова вернёмся к вопросу рисков интенсивности. Какие проблемы несла с собой его одержимая работоспособность? Как пишет Гранин: "Изо дня в день он повышал норму требований к себе, не давал никаких поблажек. Впрочем, делал он это очевидно с удовольствием, и если это был его крест, то он нисколько Любищева не тяготил, а, наоборот, приносил удовлетворение. Любищев ни за какие коврижки не сбросил бы этот крест. А чем он жертвовал ради своей системы? Да ведь ничем. И невзгод особых из-за нее не терпел, и опасностей. Восторгаться же его настойчивостью, добросовестностью, волей, какими бы плодотворными они ни были - неразумно: все - равно, что хвалить ребенка за хороший аппетит.
Подвига не было, но было больше, чем подвиг - была хорошо прожитая жизнь" [1].

ЛИТЕРАТУРА

  1. Гранин Д. Эта странная жизнь.
  2. Хорошилова Л. С., Хорошилов А. В., Тараканов А. В. "Безопасность на предприятиях угольной промышленности Кузбасса в конце XX начале XXI века" (перепечатка из журнала "Безопасность труда в промышленности", №12, 2010 г.)
  3. Фромм Э. Иметь или быть? Пер. с нем. Э. М. Телятниковой. - М.: АСТ: Астрель, 2010
  4. Элиаде М. Посулы равноденствия. Мемуары. Т. I. (1907-1937); Жатва солнцеворота. Мемуары. Т. II. (1937-1960). Пер. с румынского А. Старостиной. - М., Критерион, 2008. С. 257.
 
knopka up