Заказ обратного звонка

Оставьте свой телефон и мы перезвоним в удобное для вас время!

Заказ обратного звонка

Ваша заявка принята. Ожидайте звонка.

Публикации, материалы экзистенциальных конференций

О ЛЮБВИ

Отец Сергий (Веремеев)

(стенографическая запись Аникиной М.Н.)

Здравствуйте, дорогие специалисты в области семейных отношений - педагоги, психологи, здравствуйте, Братья и Сестры! Наверное, я скажу вам вещи, которые вам давно известны. Да и сам вид мой показывает, что я сам из ветхозаветных времён пришёл к вам сюда.

Сейчас шёл к вам в школу, и дети там – подростки курили за углом. Для них настолько неожиданно было моё появление, что они сказали всё, что они думают по этому поводу. Да, это был такой эмоциональный выброс – там половина была мата, а единственное слово, которое было такое, цензурное, это старовер. Это, видимо, первое, что пришло подростку в голову, и он отразил это, что что-то такое ветхое идёт, что из какой-то древности, из какого-то другого мира совершенно. То, что, видимо только откопали, и оно ещё и движется.

Вот я сюда пришёл и думаю говорить те вещи, которые вам, наверное, давным-давно известны, но они ещё движутся, понимаете, в чём дело? Но мало того, что они ещё и движутся! Знаете, когда мы говорим о каких-то сложных проблемах (а вы говорите, конечно, о проблемах очень сложных), и люди начинают путаться, потому что проблемы на самом деле сложные. Есть много вариантов, и нет уверенности, что один из вариантов окажется точным, правдивым и нужным, часто мы пытаемся вернуться назад: «давай начнём сначала!», «начнём от печки», «давай так, вот что было в самом начале?». Вот я думаю, что, когда мы говорим о семье, нам есть смысл при нынешнем положении вот этого социального, общественного, какого угодно, я не знаю, института, всё-таки вернуться к самому началу, разобраться, откуда ты пришёл. Потому что, если мы хотим узнать, какая эта вещь, какие её свойства, функции, мы должны увидеть, из чего она делается, как она была сделана, какие технологические процессы были использованы, но всё-таки посмотреть в корень, природу вещи, или явления.

И поэтому я скажу вам такую вещь, которую вы сами знаете, что семья – это Богом созданный институт. Это Богом созданный институт! И именно в Боге её целостность! Если мы хотим найти, в чём целостность семьи, найти главное дело семьи, то, конечно, мы должны начинать от Бога, начинать от дней Творения. Это такая замшелость, наверное, такая вот избитость, банальность, но Господь создал человека по любви! И об этом говорит нам то, что он человека создал не сразу, а сначала создал человеку все условия, чтобы человек начал какую-то важную работу. Был создан мир: была создана твердь земная, все вы знаете, свет отделён был от тьмы, воды над твердью, под твердью, потом были созданы светила, после света, да. Потом  были созданы всякие растения, возникла атмосфера, а потом уже возникли животные, и только потом Господь создал человека, и он почил, лёг отдыхать, так скажем, что ли.

Понимаете, вот человек – венец Творения, но человек был создан не как некая абстракция, как некая величина. Господь увидел, что трудно человеку одному, есть такие слова в Писании: «создадим ему помощника». И навёл Господь на человека сон, и взял ребро и создал женщину, а там плотью всё прикрыл. И когда Адам проснулся,  он  сказал, что «вот – плоть от плоти моей, кость от кости моей». То есть, он никоим образом не отделял себя от того, что перед ним предстало, от того, кто перед ним предстал. Это был он сам! Это из него было создано, и он не мог с этим развестись, понимаете, в чём дело? Это просто было дико: как это могло быть?

Знаете, раз пошёл такой разговор, то я тоже вспомню детство. Вот мой дедушка рассказывал, как он женился. Знаете, «нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте» - это слова Шекспира, они проведческие. А мы знаем, что история Ромео и Джульетты – это образец любви, да, образец чего-то чего-то, что привело к гибели большого количества людей, и, что, самое страшное, детей – плодов этих семей. Есть другие там истории литературного искусства, но  сначала про моего дедушку, он женился. Он говорит: - «Поехали мы свататься в соседнюю деревню. Митя, поехали! – Митя сел в телегу и поехали. Приехали: дом, как у нас (как у нас, понимаете? Он не видел ещё свою невесту. Он сначала увидел дом – как у нас). Ну, зашли, сели. Глава семьи той говорит, ну, позвали. И выходит не бабушка моя, а её сестра, а она была ну немножко не такая красавица, как моя бабушка, она была немножко страшненькая. И мой дед говорит: «Ох, вот какая моя жена»(понимаете, вот слова его внутри себя: вот какая моя жена. Он не сказал:- «Нет, нет, нет! Ни в коем случае, я поехал, всё!». Нет, он говорит, что дом, как наш, вот какая моя жена). А дед Николай говорит: - «Клар, чего ты стоишь, зови Ксеню-то!», и вышла Ксеня. Дед говорит: - «Я как увидел – Ах, вот, какая моя жена!». И они уехали. Всё, и больше они не виделись. Потом была свадьба. Я вам рассказываю вещи, которые вы можете легко узнать у своих родителей, или, если живы, у бабушек, дедушек – вам расскажут. Они вам расскажут историю один в один, я уверяю вас! И прожили они вместе 75 лет! Вы можете себе представить? Почти 75 лет!

Дедушка умер, когда из церкви вышел после Причастия, бабушка после этого прожила ровно год. Она за этот год стала, как младенчик: она никого не узнавала, она всем улыбалась, она была ну такой, ребёнок. И через год она отошла к Господу за дедушкой, я в этом не сомневаюсь. Всю жизнь они любили друг друга до безумия. Когда бабушка, она была такая деятельная, у них было 9 детей, 11 – двое умерли в войну. Бабушка уезжала за пухом постоянно, чтобы вязать, она батрачила, ездила, она ходила за ягодой, я сам ходил с ней за ягодой в Согур, вот где сейчас площадка посёлок, кемеровчане знают. Там было ягоды до горизонта, там  была ягода черёмуха, смородина, малина, навалом всё - мы собирали громадными коробами. И, когда она уезжала на долгое время, дедушка места себе не находил. Хозяйство было большое: коровы, свиньи, были куры, но не было Ксении. И все знали, что он ждёт её, когда она вернётся. Когда она возвращалась, знаете, не было бурных объятий, не было поцелуев. Было «Вернулась? Слава Богу!» и пошёл давать свиньям. И я не сомневаюсь, и никто не сомневается из моей родни, что это для нас образец, самый высочайший образец любви, которая может быть в семье, во многом недостижимый для многих членов нашей семьи. Во многом не достижимый, потому что семья Господом создавалась, чтобы мы украшали Рай.

У нас Рай – это такое что-то не достижимое, что-то такое прекрасное, что-то такое невыразимо сладостное и невыразимое, но человек был создан, чтобы этот самый Рай возделывать, так написано в священном Писании, что это невыразимо-невыразимое ещё и возделывать. Понимаете, какая наша задача? «И трудно человеку одному, и создадим ему помощника, - сказал Господь, - для этого». Вот мы созданы, чтобы возделывать Рай. Мы сейчас возделываем что-то другое, но вообще цель наша там лежит. И этого невозможно будет сделать, если мы не будем «плоть от плоти, кость от кости». Вот лежит Требник у меня, здесь есть Таинство Венчания в последовании, Чинопоследование. Там есть молитвы определённые, там есть чтение Священного Писания и вот там говорится, я даже не буду сейчас открывать, потом открою, если буду говорить отдельно, может быть, об этом. Там читается послание апостола Павла, где он говорит, что, во-первых, ещё в Евангелии говорится, что, «что Господь сочетал, человек не разлучает». Не разлучает! Не надо этих сказок про любовь с первого взгляда – мы обманываем сами себя и обманываем своих детей. Есть высшее предназначение семьи – это церковь. Где во главе церкви стоит Господь, безусловно, во главе церкви стоит сам Христос. Муж - как священник, жена - как дьякон, а дети, старики, люди, которые так, или иначе включены в состав семьи – это народ Божий, домочадцы – это народ Божий. Если семья строится по-другому, если муж священное служение, не воспринимает как свою задачу, какой бы ни был там народ, а вы понимаете, что народ там всякий бывает (если правитель не будет служить своему народу, говоря, что, а, среди них есть прелюбодеи, преступники, всё: не будет народа - не будет правителя). Муж как священник, жена как дьякон, помогающий ему во всём его служении, а дети – это народ Божий. Вот такой устав церковной семьи. И в основе этого лежит, конечно, можно много говорить о чувствах, о качествах, о каких-то  терминах, я их не знаю, это, конечно, моя вина, но Бог создал человека по любви! Почему мы такой вывод можем сделать? Потому что, когда человеку стало очень плохо, Бог отдал сына своего единородного, чтобы верующий в него не погиб, но имел жизнь вечную. Господь сам стал человеком, сам стал человеком, чтобы умереть за нас. Он дал нам возможность брать с Него пример. Он стал человеком, чтобы мы могли, взирая на Него, жить, как он жил на земле. Как надо жить? Господь стал человеком, чтобы мы могли сказать, вот так надо жить. Потому я и христианин, что беру пример с Христа, как он жил. И для этого ему потребовалось даже умереть, понимаете, умереть, но он стал человеком абсолютным. И он, умерев на кресте и воскреснув после (простите, это - не религиозная пропаганда! Я просто объясняю, почему я говорю), но Бог, став человеком, умерев на кресте и воскреснув, изменил нашу человеческую природу. Мы теперь тоже имеем такую возможность – воскреснуть. И потому я - христианин, потому что я очень желаю воскреснуть. Но я не могу один воскреснуть, это не возможно, потому что если я воскресну, то я воскресну вместе с моей супругой и вместе с детьми. Чтобы сказать Господу вот я, вот моя супруга, вот чада мои. И это и есть счастье! Только если мы вместе туда вернёмся, в этот Райский сад, который нам необходимо всё-таки возделывать. Понимаете, нам необходимо его возделывать: вот цель и смысл. Возможно, это не имеет прямого отношения к психологии семьи, но это имеет прямое отношение к тому, как нам жить. Мне кажется, что эта идея, что, только умерев для другого, можно сделать его счастливым, - это и есть основа жизни семьи.

 Есть такая притча христианская, как понять смысл супружества, вот что такое супружество? Вот два вола, они идут в одной повозке, они связаны упряжью, и не может быть такого, чтобы один пошёл отдыхать, а другой пошёл работать. Пострунки все рвутся, всё рвётся, и упряжи потом не будет. Или отдыхать вместе и работать вместе. И только это – условие супружества, вот такое простое и меркантильное. А если супруг плохой, если он – гад, трудно, но без него будет во стократ труднее, а самое главное, все порвутся супружеские связи. Есть такое понятие в Христианстве – Крест. С креста не сходят, с креста снимают. Понимаете? Какому высокому жертвенному служению призван человек, в том числе и в семье! Только мёртвым человек может оставить свои супружеские обязанности. Знаете, у американцев есть такая поговорка - «сделай, или умри», а у нас есть другая поговорка - «умри, но сделай» - даже смерть не является уважительной причиной. Вот если мы так живём по отношению к нашим супругам, а в последующем, нашим детям, вот тогда, все проблемы отцов и детей они надуманными тогда становятся.

Я по роду своей деятельности встречался с детдомовцами – это очень сложный народ, лишённый абсолютно любви. Боже мой, что творится в детских домах! Вы даже себе не представляете, я не буду рассказывать – сердце разрывается на части. Но даже там, в этом страшном мире, а это практически ад на земле, притом, что там хорошее обеспечение может быть, нормальная одежда, и питание замечательное (мы с вами так не питаемся, как в детских домах питаются), и досуг там организован - они ездят даже в какие-то заграничные поездки, которые мы не можем кто-то позволить себе, но если есть кусочек ада на земле, то это – детский дом.  Это говорю со всей ответственностью. Так вот, даже там, в этом аду, где дети чётко различают, да их даже детьми трудно назвать, это уже серьёзная проблема, но они чётко чувствуют, где преподаватель, который жертвует ради них своей жизнью, притом, что он может быть глупым, ну, как не очень хорошо образованный человек, но они (вот Верхотомский спецдом, там дети преступники, малолетние) они, как легенду, вспоминают единственного учителя, который за них клал жизнь. Нет, он их не лелеял, не гладил по головке, он наказывал их по полной программе, когда нужно было, но он жил ради них. И, понимаете, в любом детском доме такие есть легенды и такие преподаватели. И вы в школе все учись – вы знаете таких преподавателей сами, помните своё детство, что только любовь – это главное условие нашего существования на земле. Не то извращённое понятие, которое м сегодня слышим отовсюду, а любовь как жертва. «Нет большей любви, - говорит Господь, - кто душу свою отдаст за други своя». Может быть, поэтому воинский подвиг считается в христианстве одним из самых почитаемых, когда человек свою жизнь свою отдаёт за тех, кто стоит за его спиной. Вот таких, как Александр Матросов, Гастелло и прочие. И если мы эту любовь как жертву, не как удовольствие от человека получаем, (мы живём сейчас в мире «юзеров», нас сюда поместили, мы – «юзеры», мы «юзаем» друг друга, а мы должны любить, потому что это кровь от крови, плоть от плоти и кость от кости). И невозможно, чтобы быть так, чтобы мне было хорошо, а ему пусть будет плохо, не получится, тогда хорошо не получится, по-любому, ну просто по-любому не получится! Потому что это плоть от плоти.

Между супругами, которые именно так воспринимают свои отношения, находятся связи удивительные. Наверное, вы сами знаете, что рассказывают как легенду, что я про дедушку своего рассказал, что если супруг далеко (и я это сам испытал на своём опыте), находится в другом городе, и с ним что-то происходит, домашние сердцем чувствуют, что с ним происходит что-то. Сердцем чувствуют, и места себе не находят!

Поэтому, если мы говорим о семье, мы должны, конечно, прийти к её первоистоку, откуда она взялась, тогда нам становится понятным, что с ней делать. Потому что, если мы отрываем её от Бога, тогда не понятно, что с ней делать, совершенно не понятно! Тогда пустыми становятся слова все о какой-то сакральности, о священности, о какой-то данности. Тогда всё позволено. Фёдор Михайлович был прав: «Когда Бога нет, всё дозволено». Тогда всё позволено, тогда мы можем быть просто «юзерами», пользовать друг друга: а ты отдыхаешь там, а я отдыхаю здесь, у нас хорошие отношения – мы понимаем, ты понимаешь мои нужды, я понимаю твои нужды. Дети? Ну, вы же видите, главное, договориться на берегу. Лучше на берегу договориться, но это никакого отношения к семье не имеет – к семье, как к жертвенному служению, потому что без этой жертвы невозможно достичь цели, того, что нам назначено. Мы не сможем тогда это сделать.

И немножко о душе. Я понимаю, что так сложно рассуждать о том. Вы знаете, был такой святой Лука Войно-Ясенецкий, ну, он есть. Он был величайший хирург. Он, служа епископом в Красноярске, работал в госпитале и оперировал, делал сложнейшие операции. Он удостоен был Сталинской премии, несмотря на то, что он был епископом, архиепископом даже. И, написанная им книга «Очерки о гнойной хирургии» до сих пор является настольной книгой студентов медицинских вузов. То есть это светила ученый величайший. И его кто-то из советских чиновников спросил: - «Вот вы, Владыка, вот знаете, техника таких высот достигла, но что-то как-то Бога вашего ещё никто не видел». А святитель ему сказал: - «Знаете, я очень много оперировал, особенно во время войны, и  вскрывал и черепную коробку человека, и внутренностей приходилось много резать, знаете, ни разу не видел я там ни совести, ни ума».

Вот поэтому о душе, как её можно ощутить? Там что-то меряют естествоиспытатели – до смерти, после смерти тело человеческое меряют, находят дельту какую-то, выводят. Знаете, мне кажется, что если мы говорим о душе, мы должны тоже пойти к первоистокам души, потому что, когда Господь создал из тверди земной человека, он вдохнул в него душу. И вот, если мы это будем игнорировать, я не знаю, на чём тогда строить науку о душе. Душа – это дыхание Божие в человеке, в любом, понимаете, даже самом отъявленном негодяе, подлеце, в самой прожженной блуднице, в ней есть душа – это дыхание Божие. Более того и в нём и в ней есть образ Божий, который Господь заложил в каждого из нас, как проект. Знаете, когда архитектор планирует какое-то сооружение, рисуется проект, чертится проект, как это правильно говорится? В общем, берётся лист бумаги, и на нём все детали вычерчиваются, коммуникации канализационные, благоустройство, сложные узлы архитектурно-инженерные, но это только проект, это бумага, образ. А потом приходит строитель, начинает это воплощать.

Так вот человек сам по себе является и проектом, и строителем, проектом и строителем! В нас каждом заложен образ, как проект, Божий, а вот воплотится он в реальные стены, брёвна, перекрытия, инженерные узлы, удобство подъездов и так далее, вот нам дело на всю жизнь. Мы должны согласно этому образу уподобиться Богу, а через каждого из нас, через нашу семью, уподобить церковь Божию. Вот, если мы такие цели перед собой будем ставить, то, друзья мои, у нас начнётся совсем другая жизнь! Нам некогда будет заниматься проблемами отцов и детей, нам некогда будет заниматься проблемами коррупции, ещё какими-нибудь проблемами, политикой нам некогда будет заниматься. Если мы так построим условия нашей жизни, если каждый из нас поймет, что ему дана жизнь – очень короткий промежуток времени, очень короткий промежуток времени, чтобы сделать колоссальную работу. Необходимо этот образ воплотить в подобие, уподобиться Богу. Бог стал человеком, чтобы человек, подражая ему, уподобился Богу. Вот какая важная задача, а для нас выстраиваются все эти бесконечные мифы  о том, кем мы должны стать, какими мы должны стать, стать, а не казаться, и прочие, прочие. Это, на самом деле, очень печальная ситуация, я не знаю, честно говоря, как она будет решена, и, скорей всего она решена не будет – об этом говорится в Священном Писании, но это не значит, что мы должны оставлять плуг посреди поля и уходить во все тяжкие. Мы должны «претерпевший до конца, - сказано в Писании, - спасётся», то есть, мы должны настроить, в том числе, наших детей.

Я вот ломаю сердце и голову, как мне им объяснить, что происходит в детском саду, в школе, что с ними происходит. Бог милостив, они родились, по крайней мере, двое из них родились, когда я уже стал человеком верующим, и им уже проще это объяснить, они уже растут в этой традиции, что ли. Те, которые старшие, Слава Богу, они всё это очень органично присвоили, эту традицию, но им трудно. Им по 17, 21 год и представляете, как это трудно, да ещё и мир им постоянно впихивает совершенно противоположные идеи, совершенно противоположный образ жизни, а им жить в этом мире, не в Райском саду, а в этом мире.

Поэтому, конечно, говоря о семье, на сегодняшнем этапе нашего общества, это задача, конечно, колоссальная. Вот я вижу здесь выход только в одном, спасение здесь может быть только в одном, во-первых, конечно, в церкви. Для меня в церкви. Для кого как, а для меня в церкви, потому что только там я могу находить ответы на базовые вопросы, на самые главные. Что такое душа? Я могу ответить своему ребёнку, что такое душа. Что такое семья? Я могу ответить ребёнку, что такое семья, а более того, я могу ему дать и прочитать, и можно с ним вместе разобрать эти бесконечные суммы святых семей и совершенно не святых и со всей очевидностью показать, где лежит ошибка, где лежит сбой, где лежит поломка, в усвоении какого правила какого условия. Потому что нарушении, и дети мои это прекрасно знают, они плохо, может быть соотносят это со своей жизнью, особенно маленькие, но они знают, что есть заповеди – это условие.

Вы знаете, у каждого предмета есть условия использования. Вот у микрофона есть свои условия использования, и только так он может быть эффективным, у утюга есть, у кастрюли, у топора. Но как только мы нарушаем правила использования этого микрофона, если мы начнём им забивать гвозди, мы ни гвоздя не забьём и микрофона мы лишимся. Есть правила дорожного движения. Они не написаны, не придуманы гаишниками, с потолка взяты, не высосаны из пальца, а написаны кровью на дорогах, где правила дорожного движения. И нарушение их ведёт за собой страшную поломку и уже не микрофона, а человека, не одного. Есть правила нашего с вами использования – это заповеди. Господь создал человека и дал ему правила использования. Почему мы так бьёмся, почему нам так плохо: это нам не так, это нам не так, так давайте посмотрим в корень, может быть, мы уже давно нарушили свою собственную инструкцию? Она сейчас, наверное, в любом доме есть, Священное Писание, откройте, прочитайте, и посмотрите прямо с первой. Не с четвёртой, как сделали коммунисты, с пятой, вернее. Они всё про Бога отрезали, оставили кодекс коммуниста: оставшиеся 6 заповедей «Возлюби и отца и мать», «Не кради», «Не лги», «Не прелюбодействуй», «Не завидуй» и так далее. А вот с самой первой если мы начнём, и начнём нашу жизнь выстраивать по этим правилам, вы будете потрясены: у вас с первого дня начнёт всё меняться. Попробуйте ради эксперимента! Только не на детях экспериментируйте, а на самих себе, прежде всего. Знаете, как настоящие учёные прежде всего на себе экспериментируют, а не на людях, даже на животных не стоит экспериментировать, нужно начать с самого себя.

И, конечно базовый принцип есть только один – это Бог, а Бог – это любовь, а любовь – это жертва. Никаких других определений любви просто быть не может. Дедушка с бабушкой для меня это настолько наглядная иллюстрация этого всего. Есть такой священник Порфирий Смирнов, знаете, он часто выступает в разных передачах. Вот он сказал такую вещь, которая отозвалась почему-то радостью в моём сердце. Он сказал, что «настоящая любовь между мужчиной и женщиной наступает после 20 лет совместной жизни. А до этого можно говорить о чём угодно: о влюблённости, о заражённости, о заинтересованности, о меркантильности, об удобстве, о карьеризме. О чём угодно, но любовь, если она возникает, настоящая любовь, она вот так к концу второго десятка лет совместной жизни. И, если мы хотим молодому человеку дать образцы любви, мы не должны «впаривать» ему Ромео и Джульетту – там трагедией всё закончилось. Шекспир был не дурак – он написал, к чему приводит непослушание родителям, понимаете? Не нужно им давать, как образец, Анну Каренину – это не любовь, это - нарушение заповеди, это – блуд, к чему это приводит. И та же сама Татьяна Ларина, к чему склонял её Онегин, это не образец. А сейчас знаете, что в школах преподают, как высший образец любви? «Мастер и Маргариту» Булгакова, понимаете, эту блудницу на балу у сатаны, как вершину женственности. Вот не нужно кормить детей отравленной едой – они умрут, а кто привыкнет – будут эту отраву есть до конца жизни и нормальной, здоровой пищи не захочет.

Ещё один пример, и я уйду. Мои знакомые были восхищены, рады тем, что Господь, дал их ребёнку дар чтения. Ребёнок глотал книги одну за другой. Ну, удивительно, да, сейчас дети не читают, а он книги именно. Но у него была склонность к ужасам именно, вот к этой готике такой, знаете. И я когда пришёл к ним в дом, я зашёл в предбанник преисподней. Таких книг, вы знаете, когда я смотрю книжку, картинка – дом ведьмы, да, вот там место этим книгам, а тут у ребёнка полки… Вы знаете, что выросло? Ну что выросло, то выросло. Это любовь? Это они так любили чадо своё? Вот, понимаете, базовый принцип должен быть любовь.

У меня всё. Простите, если кого-то обидел своими словами.

 
knopka up