Заказ обратного звонка

В настоящее время наш рабочий день закончен. Оставьте свой телефон и мы перезвоним в удобное для вас время!

Заказ обратного звонка

Ваша заявка принята. Ожидайте звонка.

Публикации, материалы экзистенциальных конференций

Интенсивная терапевтическая жизнь

А. Е. Алексейчик

Вступление

Перед теоретической частью немного истории. История все- таки ближе к жизни, чем теория.

Хотя я начинал работу в эпоху весьма теоретическую, времена учений, идеологий, мне очень повезло. Вначале была практика.

Даже учителя у меня были все с самого начала сплошь практики.

Отец. Крестьянский мальчишка. Учитель сельской школы Врач общей практики. Хирург. Ассистент. Профессор на кафедре общей хирургии и топографической анатомии. Заключенный в лагере. Хирург. Врач в доме инвалидов для психических больных. Белоруссия. Литва. Максимальный контакт с наиболее травматической эпохой в наиболее невралгических точках Европы.

Анастас Смальтис. Опытнейший литовский психиатр, проживший жизнь среди психических больных, и тоже с лагерным опытом.

Дмитрий Крыжановский. Первый главврач. С простотой и ясностью.

Наполеон Индрашюс. Первый гипнотерапевт, у которого я учился.

Марк Бурно. Чехов в психотерапии.

Владислав Мурзенко. Психотерапевт оригинал, у которого я учился смелости и профессиональному куражу.

Курт Хек. Немецкий психотерапевт. У которого я учился систематичности, организации, учился быть учителем.

Стефан Ледер. Польский психотерапевт. Виртуоз психотерапевтического диалога, контакта.

Станислев Кратохвил. Чешский психотерапевт. "Режиссер театрализованой психотерапии"...

Вольфганг Кречмер...

Многие, многие коллеги, с которыми я соприкасался: психотерапевты, психиатры, психологи. — учили меня, не всегда об этом догадываясь.

Нельзя не упомянуть сотрудников: врачей, психологов, медсестер.

И ученики, ученики, ученики: Григорий Зицер, Га-дихан Идрисов, Хен и Галина Миккины, Виктор Каган, Константин Коваленок, Римас Кочюнас...

И пациенты, пациенты, пациенты... И "мужики, которые двух и больше генералов прокормить могут", и "помещики", и "работяги, на которых мир держится", и "актеры из театра жизни", и "генералы"...

И, несмотря на весь свой блеск, теоретики, теоретики, книжные учителя оказываются далеко за пациентами...

Им, правда, гораздо удобнее и проще выразить свое признание, перечисляя их в порядке их временного и массивного влияния на мою психотерапию и на меня лично.

К. И. Платонов, Слово как физиологический и лечебный фактор.

Вл. Бехтерев, Коллективная Рефлексология....

А. Яроцкий, Идеализм как физиологический фактор.

К. Юнг, Поздние мысли. Попытка истолкования догмата о Троице, Воспоминания, Сновидения, Размышления...

А. Адлер, Смысл жизни.

3. Фрейд, Психопатология обыденной жизни.

С. Консторум, Очерки психотерапии.

Э. Кречмер, Истерия.

Вас. Розанов, В мире неясного и нерешенного, Сумерки просвящения...

Л. Шестов, Власть ключей. На весах Иова...

С. Франк, Живое знание. Душа человека. Рус. мировозрен.

Н. Бердяев, О самоубийстве. Царство Духа и ц кесаря.

П. Новгородцев

Дм. Мережковский, Не мир, но меч и др. публицистка.

Уил. Джеймс, Прагматизм, Многообразие религиозного опыта...

К. Ясперс, Общая психопатология.

С. Булгаков.

Ф. И. Плевако.

С.Левицкий.

Митрополит Антоний Сурожский.

Ал. Солженицын...

Эуг. Розеншток-Хюсси, Речь и действие. Бог заставляет нас говорить.

М. Пришвин, Дневники.

Петр Струве.

Ив. Ильин...

Боюсь перечислять больше, особенно для коллег, могущих соблазниться слишком быстро и в другую эпоху повторить мой теоретический путь... Тут действует принцип: Чем больше живешь чужим умом, тем скорее лишаешься своего.

Не перечисляю и десятка современных мне психотерапевтов: Э. Фромма, М. Эриксона, Л. Волберга, Б. Беттсльхайма, Дж. Уэлвуда, К. Виттакера... Сам удивляюсь иногда, почему они не оказали на меня такого влияния, которое не могут не оказывать. Очевидно, это объясняется и тем, что они принадлежат к иному, чем мои пациенты мировоззренческому, религиозному, культурному кругу, и ко времени ознакомления с ними я слишком много имел своего, чтобы поток моей жизни и работы мог заметно измениться по объему и направлению...

Совсем не упоминаю многих замечательных популяризаторов и энтузиастов психотерапии, которые влияют на меня косвенно, через пациентов: Л. Бассет, Ад. Джонсон, Л. Хэй...

И две феноменологические иллюстрации живой истории развития моей психотерапии.

1965 г. При уже достаточном опыте "технического воздействия на пациентов" с помощью объяснений, убеждений, внушений, самовнушений, десеноизации, поведенческого тренинга мгновения реальной жизни действуют на пациента сильнее, чем часы-недели специфической, профессиональной, лечебной жизни. Особенно запомнился мне пациент с кардиофобией, заставлявшей его выйти из троллейбуса перед тем участком маршрута, где впервые у него возник приступ. Не смотря на мое массивное лечение и явный эффект вне этой ситуации.

Начало моих самостоятельных размышлений над тем, что такое жизнь: биологическая, душевная, внутренняя, внешняя; наблюдения, опыты эксперименты... Что такое болезнь? Здоровье?... Многие годы приобретения частичных и чужих ответов. Наполняющих, динамизирующих, радующих разум, но не усваиваемых, не преображающихся в свое, "наше с пациентом", в душевное, почвенное, конкретное...

1980 г. Мы с трехлетним сыном гуляем во дворе. На него бросается небольшая собачка. Несколько метров в ужасе, панике он бежит от нее. Я подхватываю его на руки... Мгновенно ужас и паника заменяется чувством превосходства и любопытства. И сверху сын с торжеством смотрит на собаку... Слабое "Я" превратилось в могучее "Мы"— У меня размышлений не возникает. У меня — тоже торжество... Радость жизни...

Между двумя этими эпизодами — эволюция моей психотерапии... 15 лет, повторенных в мгновении. Мгновение, равное 15 годам, может быть — вечности.

1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ

Особенности интенсивной терапевтической жизни — ее универсальность и конкретность. Как и человек — и универсален, и конкретен.

Она может включать в себя всевозможные теоретические основы (из-за этого иногда ее ошибочно считают эклектичной) и оставаться сама собой, так как она их усваивает, "переваривает" и только тогда ими пользуется. Как человек может пользоваться психологическими, педагогическими, философскими теориями и не быть психологом, педагогом, философом.

Ее подход не "или - или", а "и - и".

Она может быть и очень проста, и чрезвычайно сложна, и быть одновременно и простой и сложной. Например, простой для пациента и сложной для терапевта. Простой "технически" и сложной предметно, субъектно. Может находиться в одном измерении ("направление"), в двух ("на плоскости"), в трех (иметь 'глубину", "небо")... Быть вне измерений ("душа", "дух", "вечность").

Выбор за конкретным пациентом, терапевтом.

В наибольшем упрощении для ИТЖ характерны и обязательны в достаточной степени:

  1. Погружение в жизнь от биологической до духовной;
  2. Гармоничность-терапевтичность жизни пользуясь тем, что в жизни всегда больше возможностей, чем ограничений, больше тепла, чем холода, больше силы, чем слабости, больше здоровья, чем болезни, больше блага, чем зла, больше любви, чем ненависти, больше живой воды, чем мертвой...
  3. Интенсивность, когда поток жизни подобно горной реке не может циркулировать по замкнутому кругу, стать рефлекторным, автоматическим, отшлифованным... По Март. Хайдегеру погружение в жизнь подобно погружению в Бытие, которое первичнее всего. Получение оттуда такой теплоты и энергии, что все начинает светиться, ненужное выгорает, достаточно энергии для любого (даже "термоядерного") синтеза... и дальнейшего вечного развития.

По Сем. Франку можно сказать, что терапевтическая жизнь это — адекватно переживаемое Бытие, принадлежащее к первобытию по ту сторону различия между субъектом и предметом. Оно является духовным Бытием, не предметным, предлежащим в готовом состояний фактическим бытием, которое должно будет только внешне узнать и констатировать (таковым являются только осадки духовной жизни, ее продукты, а не она сама), оно не есть так же субъективное бытие, бытие субъекта... Оно проявляется в творящей, борющейся, стремящейся... жизни личности как откровение превосходящей ее реальности...

По Е. Розенштоку-Хюсси терапевтическую, интенсивную жизнь можно было бы определить как мирное течение жизни, когда все происходит вовремя. Когда вовремя возникают ощущения, чувства, воспоминания, желания, мысли, решения, поступки... Когда произнесенные слова оказываются самими главными, имеющими последствия... Когда они воплощаются. Когда "слово преобразует ситуацию из случайности в событие, исполненное исторического смысла'. Христос не делал "случайных замечаний, но говорил те слова, которые наделяли событие полнокровной жизнью; именно из-за их животворящей силы мы помним по сей день..." ("Речь и действит." с. 172.)

При всей краткости взгляда на теоретические основы теперь в наше время технического материализма, экономического материализма, дикого капитализма, своеобразного дикого язычества во всех областях жизни нельзя не остановиться на мировоззренческом аспекте ИТЖ.

Не смотря на всю ее универсальность и конкретность, психотерапия — несомненно христианская.

И внутри христианства, при всем уважении к богатству, организованности, иерархичности, "юридичности" католичества; при всем уважении к личностному, богатому непосредственностью, этичностью отношению к Богу протестанства (что, кстати, очень ярко видно и в психотерапии протестантских стран); ИТЖ ближе всего к православию с его религиозно-мистическим мироощущением.

Жизнь — это конечно и физика, и химия, и биология, и зоология, и социология, и психология... Но, прежде всего—чудо... И психотерапия—в достаточной степени, чудо... Нечто непостижимое, хотя и постигаемое.

И конкретное, творимое. Не — "что есть истина?" а "Кто есть истина?"

Бог — это не только Абсолют, Дух, Дух Святой. Но и Бог-Отец, Бог-Сын. Это и искра Божья. И образ Божий в каждом из вас.

И спасение — дело не только католического священника, профессионала в вере, не только личное дело, дело личных отношений с Богом индивидуалиста- протестанта, но и общее дело православных... Все за все в ответе. Все за всех виновны... Если ты спасешься, то вокруг тебя спасутся тысячи...

II. ВАЖНЫЕ ПОНЯТИЯ

(Представления, явления, феномены.)

Жизнь. Здоровье (терапия). Время (интенсивность). Истина (правда). Свобода. Душа. Дух. Речь. Молитва. Чудо. Вера. Бог. Любовь. Блаженства. Пост. Преображение. Младенчество. Детство. Юность. Зрелость. Старость. Грех. Смерть. Страх Божий. Царство Божие.

В практике можно обходиться несколькими важнейшими понятиями.

Жизнь.

Для ИТЖ, как мы видим из самого названия, это — существительное. Самое существенное. Альфа и Омега. Оно включает в себя всё в замечательной целостности. Это и "мать сыра земля", почва пол ногами, и природа вокруг, и растения, и животные, и времена года, и климат. И тело. И отдельные душевные процессы. И душа в целом. И дух. И личность, которая реальнее общества. И трансценденция личности в природу и к другим личностям. И трансценденция к абсолюту. И, конечно, динамика от зачатия до смерти, и от Адама до Страшного суда.

Жизнь первична.

Она первичнее Бытия.

Первичнее Ничто.

Ибо она их включает, а не исключает.

Она первичнее смерти, ибо включает ее.

Она первичнее подсознания, сознания, сверхсознания, она глубже их потому, что их включает.

Она включает и слабость и силу.

И детство, и старость. Прожитые, проживаемые или только генетически обусловленные.

По Николаю Лосскому: жизнь — наибольшая полнота Бытия.

По Сергею Левицкому, наверное, можно сказать это — не "Я" — часть "Мы", а "Мы" — часть "Я", не "Я" — часть Мира, Мир — часть "Я".

И именно в эту жизнь надо погружаться как в "живую воду" или прикасаться к ней, как мифический Антей, чтобы набраться сил.

Здоровье.

Понятие здоровья теснейшим образом связано и с понятием жизни, и с понятием терапии. Это цельность, целение, исцеление. Жизнь включает, а не исключает, целит, делает цельным, а не разделяет.

Жизнь — не борьба за существование, а сосуществование, существование — с, с множеством процессов внутри тела, внутри души, во внешнем мире... Это сотрудничество многих органов, сотрудничество восприятии, чувств, влечений, памяти, мышления, интуиции, воли, души, духа, сливающихся в благотворную деятельность, сотрудничество с другими людьми, с миром.

Если что-то в вашей жизни ослабело, разрегулировалось, запуталось, то в нашей общности душевных процессов, в душевных глубинах, в глубинах нашего Бытия, в нашей природе, внутри или вовне всегда найдется дополняющее, компенсирующее. уравновешивающее.

При слабости восприятии — чувства, влечения, при слабости чувств — восприятия, влечения; при слабости влечений — опыт. При слабости памяти - — чувства, внимания... Слабость многих отдельных душевных процессов компенсируется душой как целым. Слабость души — духом. Слабость "Я" компенсируется "Ты", "Мы".

Жизнь — благо, благодать.

Бог создал мир и увидел, что он хорош.

Нередко жизнь допускает малую болезнь, чтобы приобрести иммунитет к большой, тяжелой болезни. Чтобы прикоснуться к здоровым душевным процессам, к здоровому "Ты", "Мы", чтобы активировать душу...

В душевной немощи мы можем ощутить силу Божью, силу Бьпия, Жизни.

Из такого понимания здоровья проистекает и более широкое, в сравнении с другими моделями психотерапии, более глубокое лечебное воздействие и при консультации, и при коррекции, и при терапии.

ИТЖ — только в очень небольшой своей части техника, даже, если ее сравнивать с теми моделями, где терапевт сам становится лекарством, лечебными становятся его отношения с больным.

Главный принцип — не мешать проявиться целительным возможностям жизни, бытия, тела, души, создавая для этого "пространство" и "время".

Время.

Медицинская мудрость утверждает, что время - лучший лекарь. Но ни теоретически, ни практически ни понятие, ни, тем более, явление времени не могут считаться достаточными разработанными. Редко оно и используется эффективно.

Несравненно лучше теоретически со временем знакома религия: время, конец времени, вечность, тысяча лет — как мгновение и мгновение — как тысяча лет...

С психотерапевтической точки зрения необходимо обратить внимание на массу особенностей времени.

Время человека отличается от астрономического времени.

Время ощущений — не такое, как время чувств.

Время чувств — не такое, как время влечений.

Память, опять-таки — в совсем особых отношениях со временем.

Время личности как целого — совсем другое время.

Время депрессивного больного отличается от времени маниакального.

Время фобического больного — не то, что у атеиста. Оно живет от Адама до Страшного суда, а не от рождения до смерти. Время верующего со времени Христа пронизано вечностью. С 33 г. от Р. X. оно преображено.. Христос — наш современник.

Одна из важнейших задач психотерапии болезненно разное время душевных процессов и нормально разное время синхронизировать, гармонизировать, ускорить, привести к общему знаменателю, выстроить в своеобразную геометрическую прогрессию, услышать, почувствовать, пережить прикосновение к вечности.

Прошлое может становиться настоящим, переживаться живее нестоящего. Будущее может возвращать свое прошлое. Настоящее в некоторой степени становится вечным. И тогда жизнь преображается.

Очень многие нормальные переживания становятся болезненными, болезненные затягиваются, становятся хроническими потому, что они не про-живаются, не пере-живаются, не заканчиваются вовремя, не "умирают", чтобы потом возродиться. Как проживается детство, младенчество, отрочество, юность, зрелость, старость с их трудностями и достижениями. Нередко только после их окончания бывают их плоды и мы можем воспользоваться или даже их плодотворно, творчески пережить. Например, свое собственное детство мы нередко лучше, полнее переживаем со своими детьми... И именно после этого мы имеем возможность "быть как дети". Если же наше собственное детство затягивается, не умерев и не возродившись, то оно становится в тягость не только окружающим, но и нам самим. Так же бывает, если затягивается одна из стадий даже сравнительно невинной болезни.

В понятиях веры жизнь тогда истинна, вечна, когда мы многократно умираем и воскресаем для новой жизни. Умираем для греха, слабости — воскресаем для праведности, для Бога. Умираем в природной жизни — воскресаем для жизни вечной.

У Э. Розенштока для этого понятия есть очень наглядная природная метафора. Умирает неподвижная куколка и воскресает подвижная гусеница. Умирает гусеница и воскресает восхитительная летающая бабочка. Это одно и тоже существо. Только все более подвижное, все более живое, все более прекрасное, более свободное.

И живет оно в совершенно по-разному текущих временах.

Когда человеку 5 лет, — у него впереди может быть еще 20 таких жизней. Он живет почти в вечности... Когда ему 40, — у него впереди еще только она такая жизнь... Когда ему 75, — у него впереди только 1/20 часть жизни. Разница между первым и последним пятилетием — 20 х 20 = 400. А если умножить на опыт 20 жизней за плечами, то разница уже — 8000...

Из итого становится понятным особый характер "живого времени", времени, которое рождается и умирает, которое конечно и вечно, которое субъективно, транс субъективно, объективно, реально и ирреально, абсолютно и относительно...

Связь времени с различными душевными состоя-ниями и их со временем, вероятно, не менее удивительна, чем эйнштейновские связи времени со скоростью света, состоянием материи...

Истина (правда).

Истина — это то, что будучи передано другому сохраняет свою значимость и достоверность, оказывает животворящее действие, "оживляет", ощущения, чувства, мысли, желания, речь людей... Истина не жива, если она не направлена соответствующему адресату. Если другая личность не раскрывается навстречу истине. Истина не жива, если не подтверждается делами, репутацией, честью, жизнью конкретной личности.

Истина личностна.

Иисус Христос произвел величайшую революцию в психологии, философии, мировоззрении, когда показал нам, что следует задавать вопрос не "Что есть истина?", а •'Кто есть истина?" "Я семь истина!" То есть Истина — жива. И чем ближе к абсолюту, тем живее.

Истина объединяет людей, а не разъединяет.

Истина достаточно истинна и для отдельного человека и для общины, для всех.

В психотерапии истина, правда позволяют слышать тысячам ушей, видеть тысячами глаз, чувствовать тысячами чувств... окружающих нас, становяшихся благодаря правде, близкими нам людей.

Свобода.

Является основой человеческой жизни и психотерапии. Она необходима во всех душевных и физических процессах. Свобода ощущений, восприятии, чувств, влечений, памяти, воли, мышления, слова, веры, труда, свобода перемещения в пространстве, свобода во времени...

Свобода органична со всем человеком. Она вместе с ним растет и развивается.

Она живая.

Как и человек, она не безгранична. Более того, она нуждается в самоограничении.

По словам Апостола Павла: "Все мне позволительно. Но все полезно. Все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною."

Трудно тут не вспомнить, что дар свободы человеку есть подвиг самоограничения для Бога. В Раю основой свободы человека было свободное, любовное послушание воле Божьей.

Для многих парадоксально: свобода начинается со служения, а не требований. Даже Бог Сын явился в этот мир не для царствования, а чтобы послужить людям.

Практика свободы в психотерапии начинается с напоминания, что пациенты приходят к психотерапевту, в группу не для того чтобы получить что-то образом, а для того, чтобы поработать, заработать, развиться, поделиться, помочь другому и получить помощь. А для этого нужна свобода. Для этого "все позволено", "но не все разрешено". Разрешать, решать многое придется самостоятельно. Позволено слушать, слышать, видеть, чувствовать, хотеть, выражать... все, что угодно, без привычных внешних и внутренних ограничений, желательно по-другому, как другие и по-своему-по-другому заранее себя не ограничивая. Моя свобода нередко заканчивается там, где заканчивается мое служение. Там, где начинается свобода другого, свобода группы... Но, если мне эти границы указывают. Можно переходить эти границы, если явно не возражают.

Душа.

Наверное, для нас наилучшее теоретическое, абстрактное определение души, это определение Семена Франка как формирующего единства духовной жизни. Но для практической работы, как и другие теоретические, научные или теологические понятия и представления, оно недостаточно.

Из-за сложности, динамики, живости души нам практически невозможно ее "уловить" в простоте, отдельности наших ощущений, чувств, памяти, мышления.

Но мы имеем о ней представление потому, что живем ею, она живет нашим Бытием.

В практике мы ее представляем как пространство, как поле для душевных процессов. Как почву, "мать, сыру землю", питающую, дающую энергию, тепло, свободу нашим душевным процессам. Как морс, имеющее поверхность и глубину, без которого невозможно плавание, поверхностные и глубокие волны, течения.

Благодаря душе, наша жизнь превращается из рефлекса в рефлексию, из процесса раздражитель — реакция в переживание с десятками - сотнями процессов в промежутке между раздражителем и конечной реакцией. Душевные процессы становятся не последовательными, а взаимопроникающими, пространственными: переходят из плоскости в глубину или высоту...

У них появляется "небо".

Душа — отнюдь не абстракция, не нечто воображаемое.

Даже само признание наличия души, даже субъективное, сильнейшим образом влияет на жизнь. Даже ожидание ее проявления.

В психотерапии мы учим пациентов ожидать проявления души, создавать возможности душе проявиться как единства душевной жизни, как пространству, энергии, теплоте, "сверхпроводимости", проявлению вечности вместо времени.

Дух.

Определить его, уловить еще труднее. Хочется уже поэтому называть его не понятием, не представлением, а более загадочными словами: явление, феномен, категория. Итак, это явление бесконечно живое, интимное, проникающее, преображающее, превосходящее реальность, освобождающее от плена материальных ценностей.

Из-за его бесконечности в проявлениях и возможностях не только трудно определить дух, но и трудно стяжать, приобрести, невозможно "обладать" духом.

Возможно, однако, способствовать тому, чтобы в той или иной степени Дух овладел человеком. Люди предают себя духу целомудрия, духу смиреномудрия, духу мирному, духу терпения, духу любви.

Преп. Серафим Саровский говорит: Стяжи себе дух мирный и тысячи вокруг тебя спасутся.

Как Дух спасает, исцеляет? — Очевидно, оживлял тот образ Божий, по которому создан человек.

Практическая работа в психотерапии — создание возможности для проявления Духа.

Переживание присутствия Духа, воздействия, прикосновения, веянья Духа... всегда происходит по-разному, тонко, интимно и для личности, и для группы.

Чаще — как переживание: "Я обладаю, но ничто не обладает мной." Как подлинное смирение: "В сравнении с Богом, моя душа — пуста, нуждается в наполнении... и наполняется... от этого конкретного человека..., через это переживание..." "Ничто не может унизить образ Бога во мне. "

Речь.

В психотерапии должна быть намного более живой и действенной. По Э. Розснштоку речь в сравнении с мышлением тоже, что ходьба по сравнению с полетом. Каждый шаг — удар по земной тверди, которая по своему отзывается на каждый такой шаг. Роль земли выполняет собеседник.

Живое слово преобразует ситуацию из случайности в со-бытие, наделяет событие жизнью. Слова в психотерапии становятся животворящими. "Мир жив немногим числом речей, которые произнесены в нужное время, в нужном месте."

Практическое применение речи в психотерапии — превращение ее во все более живую, событийную, имеющую последствия за счет подкрепления речи чувствами, желаниями, делами, авторитетом, верой.

Это относится как к речи, направленное во-вне, так и направленной внутрь.

Для эффективности речи, она должна приближаться к молитве.

Молитва.

Подозреваю, что у очень многих коллег это понятие в статье по психотерапии вызовет недоумение и вообще своим присутствием и своим местом: вслед за речью. Все знают, что психотерапия — лечение души, а молитва — для спасения души.

Я не склонен проводить столь глубокую границу между лечение и спасением. На поверхности — разница очевидная. Но в глубинах души... Вспоминаю, как один из моих учеников — священник рассказал мне, что он долго мучился вопросом, почему после миропомазания некоторые больные выздоравливают, а некоторые умирают. И однажды понял. Что те, которые умирают, должны перед Богом предстать здоровыми...

Молитва — та речь, которая направлена к Богу. Бог — наш Собеседник. Для общения с Ним душа должна придти в особое состояние. В ней ярче должен проявиться заложенный в человеке образ Божий.

Молитва — это общение с силой Божьей, прикосновение к Его Благодати. Это сознание присутствия Бога в жизни человека и в истории человечества.

Это включение в себя, близких, друзей, врагов в эту речь в событие.

Это речь не только к Богу, но и к нашим близким, в которых он тоже присутствует.

Это речь к образу Божьему в нас самих.

Молитва — это смирение, приятие воли Божьей.

В практической психотерапии я нередко рекомендую пациентам разговоры друг с другом после краткой молитвы, похожие на молитву; относится к отказу, как молитве, в ответ на которую сказано нет. (Безответных молитв не бывает.) Если Бог вам отказывает, это еще ничего. Хорошо, что Он Вас не забыл!

Чудо.

Теоретическое понятие чуда парадоксально просто: явление, нарушающее известные законы физики или душевные законы. Во все времена больные жаждали чудес. В наше время — особенно. Увы, слишком многие психотерапевты теперь верят в чудеса: в чудесные психотерапевтические техники, в чудесные просветления, в нейролингвистические программирования... Более того, пробуют чудеса делать.

Хотя очевидно, что "чудеса" чаще всего следствие болезни, а не здоровья.

Как-то не обращают люди внимания, что Христос сам не совершал чудес для того, чтобы ими вызвать веру. Все его чудеса были ответом на веру. "Твоя вера исцелила тебя!" Чудеса были следствием веры.

И, тем не менее, жизнь в сути своей чудесна. Она включает в себя все физические, психические и прочие законы, но сама постоянно выходит за их пределы, она сверх того.

В жизни земля встречается с небом, человек встречается с Богом, люди бывают друг другу ангелами, человек может жить во времени и в вечности...

В психотерапевтической практике чудеса должны случаться чаще, чем в обыденной жизни, и должны происходить вовремя.

И истинные чудеса происходят тогда, когда мы к ним не стремимся, не когда мы их ищем, ждем, часто нетерпеливо. А когда мы к ним готовы. Они случаются. Не по нашей, обычно, малой воле, малой вере.

Готовность к чуду — это не специальная готовность.

Это готовность способность к истине, свободе, душевности, духовности, молитве, вере.

Вера.

В нашей "табели о рангах", как видим занимает далеко не то место, как у больных, мучающихся от неуверенности, сомнений, страхов, отсутствия смысла жизни... Не то место, которое она занимает в практике многих модных психотерапевтов.

Классическое определение веры мы находим у Апостола Павла: "Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом".

По Библии мы сначала верим, потом видим.

По Ник. Бердяеву вера есть обличение вещей невидимых (в то время как знание можно назвать обличением вещей видимых).

Одно из самых замечательных теоретических и одновременно рабочих определений веры принадлежит прот. Георгию Флоровскому.

"Знание и вера сводятся, соответственно, к покорности и дерзновению. И, вместе с тем, лишь в вере постижение смысла связывается жизненно с познающей личностью, только вера есть событие, глубоко и широко врезающееся в ее жизнь. А знание — скользит по поверхности... в нем не происходит существенного касания с действительностью, с "мирами иными".

Одну из самых замечательных метафор веры мы находим у Протоиерея Георгия Бенигсена. "Мы смотрим на икону, но видим не доску, не мазки краски, но... образ и испытываем его чудотворное воздействие."

Практика веры в психотерапии — путь от ограниченного, принудительного знания к свободной, живой вере. От знания, которому мы подчинены к вере, в которой мы свободны. Путь от восприятия красок до созерцания чудотворного образа. От доверия — к вере, к осуществлению ожидаемого.

Бог.

Парадоксально, что о Боге в психотерапии мы говорим почти в конце списка наших важнейших психотерапевтических понятий.

Внешне, Бог — первый Психотерапевт, главный Психотерапевт...

Но это — соблазн.

Великие религиозные, метафизические, научные, психотерапевтические и прочие истины велики в своей области. Перенесенные в другую область они становятся призраками.

Психотерапия, в первую очередь, дело человеческое.

Надейся на Бога, но сам не плошай.

И о Боге мы уже говорили, когда говорили о жизни, истине, духе, молитве...

Скорее хочется подчеркнуть, что мы не должны ожидать от Бога материальных чудес, а носить и творить Бога в своей душе, что гораздо труднее.

Бог в ИТЖ представляется наиболее конкретным, реальным, человечным.

Он не столько Бог-Дух, сколько Бог-Отец, еще больше Он для нас Бог-Сын, прошедший жизнь не только от зачатия до смерти, но от Адама до Страшного суда. Это Бог, который имел мать, отчима, братьев...

Который оставил нам множество конкретных уроков.

Психотерапевтическая практика — в усвоении этих уроков.

В приятия мира: Кесарю — кесарево. Богу — Божье.

В снисходительности: Кто без греха, пусть тот первый бросит камень.

В доверии человеку: Суббота (закон) — для человека, а не человек для субботы.

В служеиии людям, а не принуждении служить Ему.

В приятии более совершенной воли Отца: да будет воля Твоя, а не моя.

Любовь.

По Ап. Павлу любовь есть совокупность совершенств: милосердия, благости, смиреномудрия, кротости, долготерпения, прощения, дружелюбия.

Трудно не вспомнить: Бог есть любовь... Единственный вопрос на Страшном суде будет: “Любили ли вы ближнего?”

В психотерапевтической практике мы подходим, приближаемся к любовному отношению к человеку через познание личности, признание его уникальности, искры Божьей в нем, образа Божьего, через сочувствие, заботу; прощая и ища прощения, примиряясь...

И чудесным образом, в любви особенно, мы получаем тоже, что даем сверх того... Не требуя...

Начинаем жить многими жизнями.

От ребенка мы получаем детство.

От младшего нас человека — молодость.

От старшего — зрелость.

От слабого — силу.

От боязливых — храбрость.

От нищих духом, плачущих, кротких, алчущих, милостивых чистых сердцем, миротворцев, преследуемых — соответствующие блаженства...

И становимся милосердными (вместо равнодушных), смиренномудрыми, кроткими, (вместо гордыни и озлобления)...

И, учитывая, что приходится заканчивать раздел важнейших понятий, хочется опять вспомнить Ап. Павла из послания к Римлянам: Мы, сильные, должны сносить немощь бессильных, а не себе угождать... Ибо Христос не себе угождал.

III. СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ

Сфера применения интенсивной терапевтической жизни чрезвычайно широка. Более известна, благодаря моей педагогической деятельности, моя групповая работа. И часто ИТЖ идентифицируется с групповой терапией. По это потому, что обучение просто предполагает работу с группой.

ИТЖ хороша и в диагностике, и в консультации, коррекции, рациональной (убеждающей) психотерапии, тренажной терапии, когнитивно-поведенческой, библиотерапии, семейной терапии, терапии искусством, естественно-групповой...

Диагностика.

Я редко ограничиваюсь субъективными жалобами, субъективным анамнезом больного. На уровне ощущений, чувств, влечений, памяти, мышления, речи устной или письменной, решений, действий... я создаю вместе с пациентом возможность переживания его трудности, страдания.

Насколько Вы более чувствительны? Шум действует на Вас в 2,3,5 раз сильнее, чем раньше? Сколько энергии отбирает у Вас боль? Эмоциональная возбудимость? Для работы остается 60,40,20 %? Насколько ослаблено Ваше внимание? Отнимите от 1000 117. Насколько больше усилий надо применять сейчас, чем раньше?.. Если Вы раньше жили на 100%, то насколько Вы живы сейчас?... Как течет время? Сколько, как Вам кажется, мы с Вами разговариваем? Вы со мной разговариваете или абстрактно рассказываете о своей болезни? Очередной раз повторяете? Вы со мной общаетесь или мучаетесь? Насколько сами мучаетесь, насколько меня мучаете?.. Насколько Вы будете стараться выздороветь для себя, насколько для детей?

Консультация.

Давая рекомендации, я стараюсь помочь человеку пожить своим страданием, усвоить его, "приватизировать", прожить со своими возможностями.

Например. При Вашей теперешней астении Вы еще 3-4 месяца не сможете эффективно работать, однако работать вполсилы. И обстоятельства это позволяют. Побудьте на работе больше консультантом, чем работником... Это совсем неплохо снять с себя ответственность и побыть объективным наблюдателем, комментатором, советником... Те же месяцы с повышенной астенической чувствительностью можно посвятить семье...

На другом полюсе. Сил у Вас хватает... С этими трудностями надо пожить. Позвольте душе пережить их самой. Думаю, что это через полгода - год само решится...

Коррекция.

Клиенту или пациенту также создается возможность оживить его возможности, те душевные процессы, которые могут поддержать, компенсировать ослабленные душевные процессы, активировать, "согреть" душу.

Например. Мы с Вами установили, что наиболее слабой областью Вашей душевной жизни являются эмоции... Кстати, мы видели, что они занимают у Вас 80 % жизни. Что делать, чтобы Вам дать от них передышку? (А им — от Вас). Чтобы они занимали не более 20 % и были более положительными? В какую жизнь, по вашему прошлому опыту Вы должны погрузиться, чтобы их заменили Ваши влечения, интересы?... Для начала — неплохо...

Так планируем Вашу работу... Так — семейную жизнь. Так — отдых...

Планируем еще 2 визита.

Терапия.

Диагностика при планируемой терапии длится 2-3 часа и уже бывает терапевтической, сопереживающей, сочувственной, обычно достаточно трудной для пациента и терапевта, но более трудной для терапевта, т.к. он достаточно погружается в больную жизнь, к которой он, в отличие от пациента, гораздо меньше адаптирован.

Любой вид терапии включает в себя 0,5 -1 час объяснений сути заболевания, роли внешнего мира в генезе заболевания, роли личности в заболевании и в излечении, сути лечебного образа жизни. Подчеркивается, что в отличие от других методов при психотерапии пациент лечится. То есть является не объектом лечения, а участвует в лечении и результаты в 50, 70, 90 % зависят от его собственных усилий. Объясняется роль терапевта. Возможности лекарств.

По возможности, все это не столько рассказывается, сколько показывается, прочувствывается, переживается.

Показываемые образы.

Диагностику я сравниваю с работой в лаборатории. Тут психотерапевт может быть лаборантом, который может подвергать больного не очень приятным процедурам: измерять, взвешивать, брать кровь, причинять боль...

Консультация — работа в поликлинике.

Коррекция — работа в перевязочной.

Индивидуальная психотерапия — работа в малой операционной с медсестрой. Где я — хирург, а роль медсестры выполняет сам больной. Сюда редко вызывают ассистентов.

Семейная терапия — работа в операционной, где много ассистентов. А я в роли дальнего родственника, из тех, что, чем дальше, тем лучше.

Групповая терапия — лечение в хирургическом отделении, где только несколько операционных со специалистами по операциям; в отделении — специалисты по интенсивному послеоперационному уходу, реабилитации. Их роль исполняют опытные больные.

Стационарное психотерапевтическое отделение при применении ИТЖ представляет собой весь м и р: и дом, и школу, и университет, и Церковь, и бизнес, и дом инвалидов...

Все это представляется разными пациентами на разных этапах своей жизни, болезни, выздоровления, в разных взаимоотношениях.

Именно в стационаре психотерапевтического отделения легче всего погрузить человека в живую жизнь, в цельность, богатство, интенсивность жизни.

IV. ПРИНЦИПЫ СОЗДАНИЯ ГРУППЫ, ФОРМЫ РАБОТЫ, ДЛИТЕЛЬНОСТЬ

Пожалуй, главным принципом создания группы является ее разнообразие. Опыт показывает, что однородные по заболеванию, однородные по трудностям, по возрасту, по полу, однородные профессионально и т.п. группы, — не столь эффективны.

В однородных группах труднее проживать жизнь во всем ее разнообразии.

Приходит в голову мысль, что не случайно Бог создал нас сначала разными, а уж потом равными.

Почти обязательно, чтобы были мужчины и женщины, старшие и младшие, более и менее умные, с разной длительностью, разной степенью страдания, разными нарушениями...

Второй принцип — добровольность, т.е. свобода, как для отдельных участников, так и для всей группы. Могу участвовать, но могу и не участвовать. Но и... могут принять, могут и исключить.

Третий принцип — твердый порядок, не исключающий хаоса: от разрушительного до творческого. Гарант порядка — терапевт.

Четвертый принцип — ответственность. "Все позволено, но не все полезно". Могу отказаться, но обязан объясниться. Могу отказаться, но отказ должен быть таким, что от него больше пользы мне, группе, чем от согласия.

Есть много других, не столь обязательных принципов: щедрость, открытость группы, длительность не менее 20-50 часов, возможность прожить в группе детство, юность, зрелость, старость, смерть...

Количество людей в группе 8-20 человек.

Форма. Длительность групповой встречи — 1,5-2,5 часа 1-3 раза в неделю. Но можно 8-14 часов в день, 3-4 дня подряд. Эта форма особенно приемлема в педагогически-терапевтических группах, в обучении.

Терапевт в первых занятиях занимает до 60 - 30 % времени, позднее — 20 - 10 %.

Желателен ко-терапевт. Им может быть медсестра, опытный, творческий пациент.

V. ПРИМЕНЯЕМЫЕ ТЕХНИКИ

Приятие жизни и мира как благодати.Максимально возможная правда, истинность.Свобода.Безопасность.Ответственность (За все надо "платить"). РеальностьАктивность.Все эти условия могут приниматься в их простоте и буквальности, хотя лучше в постепенно усложняющейся максимальности.Иллюстрации из подготовительных бесед с пациентами.

1. Приятие мира, жизни, группы, друг друга предполагает изначально некоторую степень доверия.


Мы собрались тут потому, что хотим и можем помочь друг другу. Вначале желаний бывает гораздо больше, чем возможностей, потом они хорошо уравниваются и соответствуют друг другу. Если даже возможности каждого невелики (10%), но нас — 11 человек, и уже возможностей 100%... На 10% больше нормы... Значит избыток... Как я люблю говорить: Даже небольшой недостаток денег может очень сильно нервировать. И даже очень небольшой избыток — очень успокаивать...

Очень может быть, что уже с этого начнется восприятие нашей жизни как блага, благодати, подарка, дара Божьего. По священному писанию Бог создал мир и увидел, что он весьма хорош! Изначально хорош. И даже зло, трудности, болезни, испытания нам могут быть во благо.

По моей любимой пословице: Если Бог нас наказывает, слава Богу, он нас еще не забыл!

Мы многое воспринимаем болезненно, чувствуем болезненно, хотим болезненно, помним болезненное, делаем с трудом...

Это потому, что мы не можем к своему внутреннему и внешнему миру приобщиться. Быть с ним, по преимуществу, благим миром.

Благодать мира столь велика и разнообразна, что кажется непостижимой. Нередко и является непостижимой, но постигаемой.

Люди тоже очень часто непостижимы... Но постигаемы... Более того вызывают потребность в постижении... Нуждаются в постижении... И благодарны нам за это. Даже Бог нуждается в нашем постижении. Мы за всех и за все в ответе. И за всех виновны... Нас не понимают. На нас обижаются... — Мы были непонятны. Мы не объяснились... Вот это значит принимать мир... "Технически принять" — значит: увидеть, услышать, вчувствоваться, заинтересоваться, довериться, потеряться в его сложности, прожить, дать возможность проявиться в себе злу, добру, душе... Т.е. не думать о мире, себе, а погрузиться в мир.

Жить в мире не идейно, не по правилам, не юридически, не этически, а доверительно, чудесно.

Среди чудесных людей, в чудом собравшейся группе...

Кого сюда привело чудо?

2. Правда, истинность.

Одно из важнейших условий, возможностей изменения, излечения, преображения. Немного есть мест, нечасто есть время для этого, нечасто есть вокруг люди, готовые к этому... Тут — такое место, время, люди...

И благодаря этому, этот наш мир становится благодатным.

Обычная жизнь, полная условностей, относительности, удобной схематичности... становится реальной, настоящей, выходящей за рамки, непредсказуемой, глубокой, живой, животворящей...

В обычной жизни мы редко живем по правде. Зачем кому-то говорить, что он не услышал, не то услышал, не увидел, не почувствовал, не то подумал, не то, не так сделал... Был в себе, а не со мной, с нами... Потом надо будет долго объяснять, убеждать, исправлять, обучать, утешать... "Лучше, когда все "0'Кей"... Поэтому мы не слышим правды о себе, не узнаем правды, не говорим другим правды, не живем правдой.. Мы даже не хотим правды: вдруг о нас скажут такое... Вдруг нам придется признаться в таком... Тут — начинается истинная жизнь... Вначале, переходя от обычной жизни к истинной. бывает страшно…

Поэтому начинаем мы обычно с "жизни не по лжи". Если мы не готовы сказать правду, то мы просто можем сказать эту правду, что мы не готовы... Нельзя только лгать. Если не нравится мысль, чувство, нос, человек... то нельзя сказать, что нравится; и только. И это уже очень много... И мы не услышим о себе неправды...

Потом быть истинным, быть самим собой, а не мечтой о себе, становится все естественнее.

Истина в наших ощущениях, чувствах, влечениях, опыте, словах, делах... — то, что сохраняет свою значимость и достоверность при передаче другим... И разделяется ими с нами, не уменьшаясь от такого "деления", а увеличиваясь. Моя истина возвращается ко мне от других обогащенной, более Живой...

Наши малые истины слагаются, умножаются, взаимно обогащаются, развиваются в истину большую, более общую, более действенную...

Если же наши ощущения, чувства, желания, действия... не вызывают эха и последствий в других людях, в них мало истины, энергии, жизни...

3.Свобода.

Трудность, болезнь — это множество ограничений. Нас ограничивает слабость, боль, страх, подавленное настроение... Здоровье дарит нам свободу. Свобода укрепляет наше здоровье. Поэтому естественно, что одним из основных условий нашего лечения является с самого начала — максимум возможной свободы и постоянное ее развитие.

Начинаем мы с условия: Мне все тут позволено... Все ощущать, чувствовать (особенно непривычные, отрицательные чувства, хотеть, думать, говорить, требовать, получать...

Особенно сам я не должен себя ограничивать. Я могу себе позволить тут, среди моих людей, в это мое время больше, чем позволял себе апостол, который говорил: Все мне позволено, но не все полезно... Я могу обладать всем, но, не все должно обладать мной...

"Я свободнее потому, что мне можно не заботиться о самоограничении... Если я зайду слишком далеко, мне укажут... Моя свобода ограничивается свободой других...

В терапевтической жизни преобладают заповеди не Ветхого (не имей, не укради, не пожелай...), а заповеди блаженств Нового Завета (блаженны нищие духом, алчущие, плачущие...).

4. Безопасность.

Хочу подчеркнуть, что в психотерапии Вы можете гарантировать себе безопасность. Жизнь в опасности — не настоящая, не лечебная жизнь. Может и вовсе на жизнь, а выживание. Или жизнь очень ограниченная, искаженная. К сожалению, обычная жизнь именно такой и бывает. Нередко — постоянно. Мы боимся правды, свободы, своего несовершенства, боимся быть непонятыми, обиженными... нас толкают физически и душевно... Мы должны увертываться... Даже, если мы попросим о помощи, мы редко ее получим, или получим в унижающей нас форме...

У нас в психотерапии безопасность гарантируется...

Правда, безопасность не идеальная. Но идеальная и не нужна. Опасность не устраняется заранее. Тем более, что нередко она внутри наших сотрудников, нас самих. Но она устраняется при ее проявлении, устраняются се последствия... как только Вы обратитесь за помощью. В этом суть нашего лечения — помогать друг другу... Лучший способ ослабить опасность, уменьшить страх, слабость, чувствительность, плохое настроение... это им поделиться... Лучший способ подбодрить себя, это — подбодрить другого...

В психотерапевтической группе (в отделении) всегда есть пациенты более опытные, более сильные, более эмоциональные, более желающие, более опытные..., для которых действие, помощь — условие закрепления развития своего здоровья.

В крайнем случае, непосредственно помогает сам терапевт.

Правда и свобода также гарантируют безопасность. Если вы малоопытны, напряжены, то можете остаться в области ощущений, эмоций, воспоминаний, влечений... Быть участником — наблюдателем, но не деятелем... И только со временем начинать брать на себя ответственность...

5. Ответственность.

Трудно не вспомнить: мы за всех в ответе... Достоевского. Или: демократия — это не власть каждого, а ответственность каждого...

В психотерапии ответственность наше "Я" присоединяет к "Мы", "Ты"... Позволяет оттуда черпать силы, эмоции, желания...

В практике ответственность осуществляется через принцип: за все надо платить.

За правду о себе — правдой о других. За свою свободу — признанием и осуществлением свободы других... "Моя свобода махать кулаками оканчивается у кончика твоего носа".

За безопасность — признанием и поддержанием порядка, первенства, очередности.

За помощь себе мы платим помощью другим... Формы платы — чрезвычайно разнообразны. Мы можем платить своими ощущениями, чувствами, желаниями, опытом, обязующими, значащими, имеющими последствия словами, обещаниями, обязательствами, сравнениями, своим временем (например уступая его, посвящая его), заслоняя человека своими переживаниями, своей добротой, своей болью, своим телом...

И, наконец, по моему любимому выражению, "если мы не знаем, чем надо платить, то — деньгами..., если не знаем сколько— то много.... если неудобно — то очень много..."

Часто платить надо в геометрической прогрессии: если не могу сегодня "поработать" с человеком 10 минут, то завтра — 20, послезавтра — 40. Если сегодня не могу угостить на 5 литов, то завтра — за 25...

6. Реальность.

Настоящая, благодатная жизнь реальна, т.е. мы ее ощущаем, слышим, видим, "вкушаем". чувствуем, ее жаждем, в ней действуем, одновременно под напором всей этой действительности изменяемся... Можно сказать, что самое упрощенное предоставление об интенсивной терапевтической жизни следующее: лучше один раз услышать, чем сто раз прочитать (слышим живой голос), лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, лучше один раз почувствовать, чем сто раз увидеть, лучше один раз захотеть, чем сто раз почувствовать, лучше один раз сделать, чем сто раз захотеть, лучше один раз пережить.

Реальность — в этой многомерности, сравнимости, соизмеримости массы телесных, душевных процессов. Всегда можно измерить насколько мы ощущаем, насколько чувствуем, насколько хотим, как четко помним, какое усилие воли затрачиваем... насколько соответствуют друг другу наши ощущения, чувства, влечения, убеждения друг другу... Насколько поддерживают друг друга...

К сожалению, в наше время обычная жизнь очень многих людей и их болезни малореальны. Жизнь "основывается" на том, что люди читали, слышали, видели на экранах телевизора, на том, что они думают на основе читанного, слышанного...

Вспомним недавний советский "наученный" социализм... Ожидаемый, идеализированный капитализм... Интернационализм.

Болезненные противоречия между "вымышленной", "однослойной" жизнью и реальностью; внутри однослойной жизни — неизбежны. Между вижу и слышу, вижу и чувствую, чувствую и хочу.

В нашей психотерапии мы погружаемся в реальность, благодаря жизни со многими душевными процессами, и соизмерению, предпочтению... Я не помню, но чувствую... Не знаю, но мне хотелось бы... Сам, в одиночестве я чувствую так, реагирую так, а в присутствии друга, любимого человека — совсем по-другому... А если дождаться подсказки совести...

7. Активность.

Все предыдущие условия психотерапии невозможны без активности: ни приятие жизни, ни правда, ни свобода... Чем больше активности — тем больше жизни. Чем больше активности, тем меньше болезни. В обычной жизни, которая и довела Вас до такого состояния, люди слишком часто отказываются от активности: я ее видел, я мало знаю, я не могу брать такую ответственность, есть люди опытнее, меня не просят...

И слишком многое происходит не вовремя... Догонять приходится часами, месяцами, годами.

У нас могут быть все условия своевременности...

Всегда можно выбрать более активный душевный процесс и на него опереться, на него ориентироваться: я не знаю, но чувствую; я не уверен в своем чувстве, но мне хочется; не знаю,как помочь, но ближе мне образ действия X; сам не начну, но охотно присоединюсь к Y: "за" — 49%. против — 51%, всего 1 %, но он — решающий... Надо ориентироваться на мое реальное "Я"... А сегодня — на идеальное "Ты"...

Ошибка возможна, но важно проявить свою добрую волю.

Возможно, успеха в этот раз не будет, но опыт я приобрету очень нужный...

Благодаря всем этим условиям психотерапии, нередко ее часы приносят такой опыт, такой целительный эффект, который в обычной, "хронической жизни", болезни мы получаем за годы.

А — главное — опыт в лечебный эффект — вовремя.

VI. РОЛЬ ВЕДУЩЕГО

Наверное, можно афористически сказать, что главное в роли ведущего быть до того главным участником. Быть погруженным в благодатную жизнь. Ведущий — не проповедник здоровья, а проводник к здоровью. Проводник, но отнюдь не средство передвижения, не транспорт.

Он может быть образцом, примером.

Может быть катализатором терапевтических процессов.

Но лучше, чтобы он был сотрудником.

Ведущий помогает ощутить главное, услышать, увидеть главное, почувствовать, выбрать главное влечение, использовать имеющийся опыт, предложить альтернативы в размышлениях, выводах, решениях... Поддержать в действиях... Наложить вето на неперспективные действия... Указать на перспективных сотрудников...

Однако он не ощущает, не слышит, не видит, не чувствует, не хочет... вместо клиента, пациента... Не знает заранее, только после клиента... Не вместо, а вместе с пациентом...

Если брать весь процесс психотерапии, то как в жизни, он скорее является любящим родителем... По известному восточному афоризму, вначале он ведет себя с пациентом, как с королем, затем как со слугой, в дальнейшем — как с другом.

Одним из чистых “технических приемов” ведущего является организация для пациента временного и душевного пространства...

— Мы достигли момента, когда не стоит торопиться... для самого главного всегда есть время... Должна быть даже вечность... Неторопливых 10 минут стоят 10-ти суетливых дней... Чтобы вслушаться, вчувствоваться... надо время-Время группы может превратиться в вечность... 10 минут слышанья х 10 мин. Виденья, 10 мин. чувствования, 10 мин. опыта... х 12 жизней участников = вечности...

VII. ПРЕДВИДИМЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ

Люблю говорить пациентам, что жизнь — всегда выход за пределы. В ИТЖ диагностика — всегда больше, чем диагностика: это уже и консультация. Если диагностика не заканчивается консультацией, она не жива...

Консультация всегда больше, чем консультация-коррекция больше, чем коррекция...

Психотерапия — больше, чем психотерапия...

А жизнь — отнюдь не выживание, не борьба...

А закон предполагает чудо...

А смерть — воскресение...

И не когда-то в необозримом будущем, а сейчас, в этом будущем, которое рождается сейчас...

И весьма конкретное воскресение новых восприятию, чувств, желаний, действий..., которые недавно закончились, умерли...

И воскресают к новой жизни. Новыми, преображенными.

Итак, в ИТЖ и диагностика, и консультация, и коррекция, и лечения не должны иметь, по своей сути, конечного результата.

Хотя, конечно, пациенты, клиенты его ждут.

И, как мы знаем, ждут чуда.

Но, если только ждут, то чуда не происходит.

Другой результат, если — верят и верят реально с душевной работой для вещей невидимых и ожидаемых...

Еще лучше, если этим живут.

Так бывает не столь часто...

Но частично...

И поэтому чаше всего мы, предвидя очень многое встречаемся со следующими результатами.

Диагностика.

Если трудности, нарушения высказываются живым голосом, слушаются живым ухом врача, видятся врачом на лице больного, больным на лице врача, чувствуются, сочувствуются, совместно вспоминаются, сознаются, сопереживаются... То даже в течение 30-ти минутной диагностики врач психолог, психотерапевт может распознать 90-60% трудностей, нарушений, возможностей их пережить без опасности позволить нарушениям прожить себя... Передать 10-20% (не больше, чтобы не запутать пациента) этого опыта пациенту... Того опыта, который мог бы его исцелить... К сожалению, реально только около 10% пациентов могут такой диагностикой продуктивно воспользоваться.

Консультация

— т.е. дополнительные рекомендации, как воспользоваться этим опытом (еще около 30 минут совместного времени) могут эти шансы увеличить до 15-20%.

Коррекция

— совместное, содейственное восприятие, чувство, влечение, воспоминание, обсуждение, исправление... увеличивают возможности пациента еще на 5 — 10% (1 — 5 часов дополнительного времени). Дальнейшее зависит от креативности пациента.

Терапия

После 20-30 часов занятий (5-10 индивидуальных встреч + домашние задания или 10-15 групповых занятий) у пациентов, клиентов более значительные возможности изменений.

Редуцируется до 60-90% симптоматики (чувствительность, беспокойство, страх, бессонница, астения, напряжение, боли). Эффективность функционирования отдельных психических процессов (восприятии, чувств, влечений, памяти, внимания, мышления, воли...) заметно возвращается к обычной для человека норме.

Гармонизируется личность.

Увеличивается се пластичность.

Увеличивается активность.

Улучшается адаптация.

Человек, по его словам становится другим и, одновременно, становится больше сам собой.

Он, например, недавно боявшийся дотрагиваться до вещей, чтобы не заразиться, получает удовольствие от прикосновений.

Он "приватизирует болезнь", он с ней обходится, как со своей собственностью... Он с ней может жить...

Он ближе к земле.

Но и ближе к Небу.

Он чувствует, что люди с ним чувствуют себя уютнее.

И поэтому он — с ними.

Он "не живет, а ему живется".

Он "поживает, добра наживает".

Иногда я спрашиваю: "Если представить себе, что до начала лечения Ваша душа весила 7 грамм,

или занимала объем в 70 литров, то насколько она прибыла в весе или объеме?"

Обычные ответы: в два - три раза...

Признаюсь, это намного больше, чем я предвижу...

И намного меньше, чем я обычно надеюсь.

Октябрь 1998 г.

.

 
knopka up