Заказ обратного звонка

В настоящее время наш рабочий день закончен. Оставьте свой телефон и мы перезвоним в удобное для вас время!

Заказ обратного звонка

Ваша заявка принята. Ожидайте звонка.

Публикации, материалы экзистенциальных конференций

СЕМЬЯ КАК УСЛОВИЕ ФОРМИРОВАНИЯ ПОЛНОЦЕННОЙ ЛИЧНОСТИ
ДЕТЕЙ С ПАТОЛОГИЕЙ ОПОРНО-ДВИГАТЕЛЬНОГО АППАРАТА

И.В. Тимофеева

В последние годы наблюдается рост численности детей инвалидов с их специфическими проблемами и трудностями. Большую роль в становлении личности ребенка-инвалида, способной успешно интегрироваться в социум, играют его родители. Семья на ранних, наиболее важных для дальнейшего развития, этапах жизни является единственной, а позднее одной из наиболее важных социальных групп, в которые включен индивид. Семья играет огромную роль, как в жизни отдельной личности, так и все­го общества. Семья - сложная система взаимоотношений между супругами, детьми. В совокупности эти отношения составляют микроклимат семьи, который непосредственно влияет на эмоциональное самочувствие всех ее членов, через призму которого воспринимается весь остальной мир и свое место в нем. В зависимости от того, как ведут себя с ребенком взрослые, какие чувства и отношения проявляются со стороны близких людей, ребенок воспринимает мир притягательным или отталкивающим, доброжелательным или угрожающим. В семье у ребенка формируется сознание своего «Я», своей общественной значимости.

Общеизвестно, что в семьях детей-инвалидов происходят качественные изменения на трех уровнях: психологическом - в силу хронического стресса, вызванного заболеванием ребенка, постоянными и различными по своей природе психотравмирующими воздействиями; социальном - семья этой категории сужает круг своих контактов, матери чаще всего оставляют работу; рождение ребенка деформирует отношения между супругами. Очевидно, что инвалидность ребенка для его родителей является сильным психотравмирующим фактором. Семьи в процессе воспитания, становления социальной интеграции ребенка-инвалида сталкиваются с большим числом трудностей. Прежде всего, это оказание помощи детям, переживающим свою незащищенность, общественное пренебрежение. Порой сами близкие люди ребенка-инвалида пребывают в состоянии хронического стресса, вызванного его болезнью, обстоятельствами лечения, воспитания, обучения, профессионального становления. В целом переживают за его будущее. Все это затрудняет социальную интеграцию ребенка, имеющего ограниченные возможности в среду его здоровых сверстников.

Соматическое и психофизиологическое здоровье человека как биологического индивида насущно необходимо для того, чтобы под воздействием культурной среды был выращен полноценный социальный индивид. Если же со здоровьем биологического индивида не ладится, то это влечет за собой дефектность его социализации как социального индивида. В концепции Л.С. Выготского о первичном и вторичном дефекте говорится, что первичный дефект представляет собой ущербность биологического индивида, причем обязательно ущербность органической природы [6]. В то же время социальная программа, которая подлежит усвоению в процессе социализации, рассчитана на нормальный, а не аномальный органический субстрат, на полноценного в биологическом смысле индивида. Как следствие, индивид с органической неполноценностью западает в системе социализации, что ведет к формированию вторичного дефекта сугубо социально-психологического происхождения. Переход первичного дефекта во вторичный как раз и характеризует психологические механизмы и закономерности детерминации социальной активности ее биологическими предпосылками.

Процесс социализации чаще всего толкуется как воздействие социальной среды на ребенка или вхождение индивида в социальную среду, результатом которого является овладение общественным опытом, становление системы социальных связей. Социальная среда рассматривается здесь обобщенно, недифференцированно, как внешняя сила, воздействующая на индивида, детерминирующая развитие его личности. И утверждается, что лишь по достижении какого-то уровня сформированности, зрелости личности возникает обратный процесс – «активного переустройства окружающего мира» личностью, начинается создание «собственной среды развития» [7].

Особенности формирования личности у детей с диагнозом ДЦП могут быть обусловлены двумя факторами: биологическими особенностями, связанными с характером заболевания; социальными условиями - воздействием на ребенка семьи и педагогов. На развитие и формирование личности ребенка, с одной стороны, существенное влияние оказывает его исключительное положение, связанное с ограничением движения и речи; с другой стороны - отношение семьи к болезни ребенка, окружающая его атмосфера. Поэтому всегда нужно помнить о том, что личностные особенности детей, страдающих ДЦП, - результат тесного взаимодействия этих двух факторов. Особенности личности ребенка с аномалиями в развитии, в том числе ДЦП, связана, в первую очередь, с условиями ее формирования, которые значительно отличаются от условий развития нормального ребенка. Важность воспитательной позиции родителей по отношению к детям с ДЦП подтверждает и тот факт, что встречающиеся среди них ребята с высоким уровнем волевого развития являются выходцами из благополучных в смысле психологического климата семей. В таких семьях родители не зациклены на болезни ребенка. Они стимулируют и поощряют его самостоятельность в пределах допустимого. Они стараются сформировать у ребенка адекватную самооценку.

Нельзя упускать из виду и отношение к болезни самого ребенка. Очевидно, что и на него существенным образом влияет обстановка в семье. Исследования ученых показали, что осознание дефекта у детей с ДЦП проявляется к 7-8 годам и связано с их переживаниями по поводу недоброжелательного отношения к ним со стороны окружающих и нехваткой общения. На сложившуюся ситуацию дети могут реагировать по-разному: ребенок замыкается в себе, становится чрезмерно робким, ранимым, стремится к уединению; ребенок становится агрессивным, легко идет на конфликт.

Нелегкая задача по формированию у ребенка отношения к собственному физическому дефекту опять же ложится на плечи родителей. Очевидно, что этот непростой период развития требует от них особенного терпения и понимания. Нельзя пренебрегать и помощью специалистов. К примеру, переживания ребенка по поводу своей внешности вполне реально преодолеть благодаря хорошо поставленной психологической работе с ним.

Дж. Л. Валендер и Д.С. Малуро, изучая жизнеспособ­ность семей, имеющих детей-инвалидов, выделяют факто­ры, поддерживающие или снижающие сопротивляемость родителей. По их мнению, факторы риска (тяжесть нару­шения ребенка, ежедневные трудности, психическое на­пряжение) взаимодействуют со способностью матери к адаптации. Это взаимодействие способствует выработке копинг-стратегий и активизации факторов жизнеспособ­ности (интеллектуальное и личностное развитие, способ­ность находить решение проблем, использование семей­ной поддержки и социального окружения) [9]. А.В. Смирнов и А.И. Лошкин, рассматривая физическую инвалидность как особую форму существования, показали, что она характеризуется эк­зистенциальным страхом перед жизнью, консерватизмом, изо­ляцией и одиночеством, пассивностью и нежеланием менять свой образ жизни, враждебно-агрессивным отношением к об­ществу. Однако системообразующим является фактор страха. Исходя из этого, была предложена стратегия преодоления страха как условие формирования жизненных смыслов [10]. В работах А. Адлера, которые отражают компенсаторные возможности психики ребенка с физическими дефектами, автор делает очень важ­ный вывод о том, что представление о недостаточности у человека переходит из биологической плоскости в психологическую. «Неваж­но, есть ли в действительности какая-либо физическая недостаточ­ность. Важно, что сам человек чувствует по этому поводу, есть ли у него ощущение, что ему чего-то недостает. А такое ощущение у него, скорее всего, будет. Правда, это будет ощущение недостаточности не в чем-то конкретно, а во всем...». Это высказывание А. Адлера является ключевым в теории компенсации дефекта при аномальном развитии ребенка. Однако, подчеркивая роль самовосприятия человеком своего дефекта в дальнейшем его психическом развитии, автор пытается показать, что «ощущение недостаточности» у ребенка является определяющим фактором его дальнейшего психического развития и адаптации [1].

Феномен «нетипичного ребенка» по Е.Р. Ярской-Смирновой формируется и транслируется всем его социальным окружением. Он характеризуется всем многообразием исторически сложившегося этноконфессионального, социокультурного макро- и микросоциума, в котором нетипичный ребенок проходит социализацию. Тендерное равенство в семье следует, оче­видно, понимать как баланс ответственности и свободы, от­ветственности и самостоятельности, ответственности и вла­сти. Автономия может быть понята как проявление индивиду­альности и важность выполнения семейного проекта обоими родителями. При этом степень реальной включенности отца в отношения с ребенком зависит, в том числе, от соотношения отцовской идентичности с другими компонентами его Я (рабо­та, супружество), от оценки матерью (супругой) и значимыми другими его родительских навыков, эмоциональной стабиль­ности, материнских предпочтений и убеждений, отношений между супругами (родителями), экономического благополучия семьи и одобрения со стороны окружающих [8].

У. Бронфенбреннер, обобщая результаты многочисленных исследований в области возрастной и педагогической психологии, резюмировал решающее значение семьи в развитии человека следующим образом: «Для того чтобы развиться - интеллектуально, эмоционально, социально и нравственно - ребенок нуждается в участии в прогрессивно усложняющемся взаимодействии, осуществляющемся на регулярной основе и на протяжении значительного периода жизни ребенка, с одним или несколькими людьми, с которыми у ребенка устанавливается сильная взаимная иррациональная эмоциональная связь и которые озабочены благополучием и развитием ребенка желательно на протяжении всей своей жизни» [11].

Подобные базовые условия для полноценного человеческого развития может создать только семья.
Любой ребенок в какой-то степени вовлечен в эмоциональные процессы, происходящие между родителями. Однако иногда эта вовлеченность может быть столь велика или даже тотальна, что нарушает способность ребенка функционировать в жизни. Тревога родителя выражается в сензитивности и реактивности ребенка. Родительская недифференцированность наносит вред и приводит к ухудшению состояния одного или более детей действующих в треугольнике отец-мать-ребенок [3].

Распад семьи, территориальное разделение жилых и деловых районов в городах, частые переезды с одного места жительства на другое, прерывающие соседские и родственные связи, поток телевизионных передач, работающая мать и другие проявления «общественного прогресса», согласно У. Бронфенбреннеру, уменьшают возможности и потребности в содержательном общении между детьми и людьми старшего поколения и создают очень тяжелые условия для женщин. Все эти и многие другие, еще более неблагоприятные условия не могут не сказываться на психическом развитии ребенка, что и приводит к отчуждению, причины которого - в дезорганизации семьи. Однако считает У. Бронфенбреннер, дезорганизующие силы зарождаются первоначально не в самой семье, а в образе жизни всего общества и в объективных обстоятельствах, с которыми семьи сталкиваются. Если эти обстоятельства и этот образ жизни идут во вред отношениям доверия и эмоциональной безопасности в отношениях между членами семьи, если эти обстоятельства мешают родителям заботиться о своих детях, воспитывать их и доставлять им радость, если обязанности родителя не встречают поддержки и признания в окружающем мире, и если время, проводимое в семейном кругу, наносит ущерб карьере, личному удовлетворению и психическому спокойствию, - именно тогда в особенности страдает психическое развитие ребенка. Начальные симптомы этого проявляются в эмоциональной и мотивационной сфере: неприязнь, безразличие, безответственность и неспособность к делам, требующим усердия и настойчивости.

Воспитание детей с различными дефектами должно базироваться на том, что одновременно с дефектом даны и психологические тенденции противоположного направления, даны компенсаторные возможности для преодоления дефекта, что именно они выступают на первый план в развитии ребенка и должны быть включены в воспитательный процесс как его движущая сила. В. Штерн, который глубже других психологов заглянул в структуру личности, полагал: «Мы не имеем никакого права заключать от установленной ненормальности того или иного свойства к ненормальности его носителя так же, как невозможно установленную ненормальность личности сводить к единичным свойствам как единой первопричине» [12]. Построить весь воспитательный процесс по линии естественных тенденций к сверхкомпенсации - значит не смягчать тех трудностей, которые возникают из дефекта, а напрягать все силы для его компенсации, выдвигать только те задачи и в том порядке, какие отвечают постепенности становления всей личности под новым углом.

Влияние стиля родительского поведения на психосоциальное развитие детей достаточно велико. Понятие «реабилитационный потенциал семьи» включает много характеристик, отражающих разные условия и факторы жизнедеятельности семьи, которые определяют ее реабилитационные предпосылки и могут обеспечить успешное психосоциальное развитие ребенка.
Значение семьи в жизни ребенка с ограниченными возможностями здоровья, несомненно. Именно семья - неисчерпаемый источник любви, преданности и поддержки. Семья рассматривает­ся как микросоциум, в котором проис­ходит реализация реабилитационных мероприятий. Влияние семьи на психологические особенности ребенка и становление его личности неоднократно изучалось в за­рубежной и отечественной психологии. В настоящее время доста­точно широко рассмотрено влияние роди­тельского отношения на зарождение от­дельных личностных показателей ребенка, таких как: становление образа Я ребенка, нравственное и эмоциональное разви­тие, самостоятельность, но недостаточно описано это влияние на детей с детским церебральным параличом.

Главной характеристикой родительского отноше­ния является любовь к ребенку,которая оп­ределяет целостное отношение к нему как к уникальной личности: доверие, радость от общения с ним, стремление к его защи­те и безопасности, безусловное принятие и пр. С другой стороны, именно родитель несет ответственность за формирование личности ребенка, за усвоение им норм и правил поведения, оценивает его дей­ствия, осуществляет необходимые санк­ции, которые обусловлены определенны­ми родительскими установками. Стиль общения с ребенком репродуктивен, он во многом задается семейными традициями. Матери воспроизводят тот стиль воспитания, какой был свойственен их собственному детству, нередко повторяя стиль своих матерей.

Проекция родительских конфликтов на ребенка не предрешает, однако, стиля родительского отношения. В одном случае это выльется в открытое эмоциональное отвержение не соответствующее идеальному родительскому образу; в другом случае примет более изощрённую форму: по защитному механизму образования реакции обернётся либо гипоопекой, либо гиперпротекцией. Крайним вариантом нарушенного родительского поведения является материнская депривация. Отсутствие материнской заботы возникает как естественный результат при раздельном проживании с ребёнком, но, кроме того, оно часто существует в виде скрытой депривации, когда ребенок живёт в семье, но мать не ухаживает за ним, грубо обращается, эмоционально отвергает, относится безразлично. Всё это сказывается на ребенке в виде общих нарушений психического развития [5].В работах Г. Аммон указывается на прямую зависимость психологических проблем матери и ребенка. «Мать, которая не смогла найти и развить собственную идентичность в своей семье, имеет нереалистично завышенный образ идеальной матери и идеального ребенка. Такая мать воспринимает собственного ребенка дефектным. Защищаясь от этого, мать навязывает ребенку свое собственное бессознательное требование совершенства, по большей части в форме жесткого контроля всех его жизненных проявлений, в особенности соматических функций. На протест ребенка против этого насилия, оставляющего его потребности неудовлетворенными, мать реагирует непониманием и враждебностью. Лишь соматическое заболевание ребенка позволяет матери подтвердить свое бессознательное идеальное представление о себе как о совершенной матери и наградить за это ребенка действительным вниманием и заботой», - пишет Г. Аммон. При этом, как указывает данная исследовательница, психосоматическое заболевание имеет двойную функцию. С одной стороны, оно дает матери возможность избежать собственного конфликта амбивалентного отношения к ребенку и предоставляет ту форму общения, которая созвучна ее бессознательным опасениям и страхам. С другой стороны, ослабление контроля с позиции матери дает ребенку возможность получить свободу маневра для развития функций своего Я.

Обратившись к проблеме бессознательных механизмов взаимодействия в диаде «мать - ребенок» Г. Аммон обратила внимание на процессы формирования отношений данной диады с другими группами, в первую очередь, с семьей, в которую вошел ребенок. Мать здесь выступает посредником, представляя ребенку внешнюю группу, а окружению – потребности ребенка. Ведь ребенок не только формируется группой, он и сам меняет ее жизненную ситуацию, в которую входит при рождении, уже до рождения влияя на поведение и фантазии членов семьи. Как считает данный исследователь, именно динамика межличностных отношений матери и ребенка в рамках первичной группы (семьи) ответственна за генез психосоматических заболеваний. Так, в проведенных ею исследованиях было установлено, что в симптоматическом поведении ребенка всегда проявляется бессознательный конфликт матери в ее отношениях с ребенком, самой собой и лицами ближнего окружения, который вытесняется и матерью, и семьей. «Психосоматическое заболевание ребенка проявляется всегда, - пишет Г.Аммон, - когда ребенок использовался матерью как инструмент в борьбе со своими неразрешенными конфликтами… Но также и тогда, когда мать воспринимает притязания ребенка на эмоциональное внимание как угрозу собственной личности и эмоционально уходила в себя» [2].

П. и Н. Ботта писали: «Роль родителей слишком значительна
и мы должны подчеркнуть особо их вклад в общий план работы. В осуществлении необходимого воспитания, подготовки к будущей профессии и полного развития личнос­ти главенствующее место принадлежит родителям. Обычно недостаточно подчеркивают их роль. Мы ежедневно сталкиваемся со случаями, когда ребенок мог прекрасно приспособиться к нормальной жизни, если бы семья действительно поддерживала его и помогала ему» [4]. Большинство родителей совершенно не­правильно строят отношения с аномальным ребенком. Главная их ошибка заключается в неспособности представить инвалида пол­ноценным членом общества. Часто родители убеждены, что основная их миссия состоит в умении ограждать больного ребенка от трудностей. Методы воспитания в таких семьях сводятся к чрезмерной опеке, что в итоге превращает опекаемого в законченно­го эгоиста. Бывает, что мать обращает­ся с ребенком, как с вещью, не имеющей мыслей и чувств, что превращает естествен­ную зависимость от родителей в абсолютное подчинение. Малейшее проявление собст­венного я, противоречащее родительскому мнению, вызывает особую нетерпимость. Как результат, у больного ребенка изначаль­но подавляется всякая способность к сопро­тивлению жизненным трудностям.По поводу двух подходов в воспитании П. и Н. Ботта писали: «Иногда безнадежность, разочарования, неудачи или просто ежедневная усталость, являющаяся следст­вием постоянных забот, достаточны, чтобы помешать родителям высказать своему ре­бенку понятными для него средствами истинную любовь, которую они испытывают» [4]. Кроме того, родители, как правило, при­дают главное значение медицинским воз­действиям, абсолютно упуская из виду со­циальную, психологическую реабилитацию. Свои функции большин­ство родителей видят в интенсивном лече­нии ребенка, а последовательный процесс воспитания зачастую подменяют отдельны­ми беседами, которые ведутся повелитель­ным тоном.

Отношение к инвалиду - одна из важнейших характеристик семьи, определяющая ее внутренние ресурсы в процессе реабилитации ребенка с ограниченными возможностями здоровья. Совместное участие родителей и детей в психосоциальной реабилитации позволяет лучше узнать слабые и сильные сто­роны друг друга, вместе пережить чув­ство победы и поражения, испытать себя и членов семьи в сложных ситу­ациях, которые далеко не всегда встре­чаются в повседневной жизни. Каждая семья - это система отно­шений со своими собственными правилами, запросами, интересами. Роди­тели нетипичных детей переживают особенные события, подчас неожидан­ные, долговременные, вызывающие сильнейшие стрессы.

ЛИТЕРАТУРА


1. Адлер, А. практика и теория индивидуальной психологии [Текст] / А. Адлер. – М., 1993. – 360 с.
2. Амон, Г. Психосоматическая терапия [Текст] / Г. Аммон. - СПб.: Речь. 2000.- 338 с.
Бейкер К. Теория семейных систем М. Боуена // Вопросы психологии. – 1991. - № 6. – С. 155-164.
3. Бейкер К. Теория семейных систем М. Боуена // Вопросы психологии. – 1991. - № 6. – С. 155-164.
4. Бота, Н. Лечебное воспитание детей с двигательными расстройствами церебрального про­исхождения / Н. Бота, П. Бота // Пер. с франц. Л., 1967.- 251 с
5. Взаимодействие детского сада, семьи и общественности /под ред. А.Г. Хрипковой. – М.: Педагогика, 1978. – 176с.
6. Выготский, Л.С. Педология подростка [Текст] // Л.С.Выготский: собр. соч. в 6 т. М., 1983. Т. 4. С. 5–242.
7. Кондратова, Н.А. Методологическое обоснование гуманитарного подхода к исследованию Я-среды человека [Текст] / Н.А. Кондратова // Новые психологические исследования. Сборник научных статей. Великий Новгород: НРЦРО. - 1999. - С. 33-40.
8. Подготовка ребенка инвалида к семейной жизни: научно-методическое пособие / под.общ. ред. Е.Р.Ярской-Смирновой. М.: ГосНИИ семьи и воспитания, 2004. 128 c.
9. Рыльская, Е.А. Психология жизнеспособности [Текст]/ Е.А. Рыльская. – СПб – Челябинск: Чел.ГПУ, 2007. - 189 с.
10. Смирнов, А.В. Смирнов Александр Васильевич. Самоизоляция личности в критической жизненной ситуации физической инвалидности : Дис. ... канд. психол. наук : Москва, 2002 162 c.
11. U.Bronfenbrenner, 1990, p.29 Bronfenbrenner U. Discovering what families do. In: Blankenhorn D., Bayme S., Elstain J. (Eds.). Rebuilding the nest: a new commitment to the American family. Milwaukee, WI, 1990, p.27-38.
12. Stern B.J., Resistances to the Adoption of Technological Innovations, in National Resources Committee, Technological Trends and National Policy (Washington: U.S. Government Printing Office, 1937), pp. 39—66;

 
knopka up