Заказ обратного звонка

В настоящее время наш рабочий день закончен. Оставьте свой телефон и мы перезвоним в удобное для вас время!

Заказ обратного звонка

Ваша заявка принята. Ожидайте звонка.

Публикации, материалы экзистенциальных конференций

ПСИХОТЕРАПИЯ В СИТУАЦИИ ПОСТМОДЕРНА:

ЭКЛЕКТИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ

А. А.Зайченко

Если для модернизма, берущего начало в эпоху Просвещения и объединяющего все феномены европейской культуры конца XIX – середины XX веков, характерны вера в структуру, наличие бинарных противоположностей, иерархию, прогресс, разум, абсолютное знание и свободу, достигаемые с помощью науки, то для постмодернизма характерны недоверие к обещаниям, сделанным во имя прогресса, интерес к тому, что находится между бинарными противоположностями, предпочтение изменчивости «норме». В ситуации постмодерна развалилась структура, иерархия: Жиль Делез и Феликс Гваттари на место древесной модели мира выдвинули «ризоматическую» модель. Ризома, как грибница, являющаяся корнем самой себя, абсолютная нелинейность – понятие, фиксирующее неструктурный и нелинейный способ самоорганизации, – возникла в качестве альтернативы линейным структурам с осевой ориентацией, корневой и древовидной организации эпохи модерна. Одним из «реальных дел» постмодернизма «стало внедрение в сознание просвещенной публики категорического императива толерантности»: постмодернизм «признает, что человеческое знание обусловлено множеством субъективных факторов; что объективные сущности, или вещи-в-себе, непостижимы и невыразимы; что все истины и убеждения подлежат постоянной переоценке» [1].

В ситуации постмодерна монополия на «производство мировоззрения», как совокупности «культурных мифов», от философии перешла к психотерапии, которая играет все чаще роль «практической философии» (и это – несмотря на всю «брезгливость естествоиспытателя», которую декларировал Фрейд в ответ на попытки придания психоанализу статуса этико-педагогической доктрины). Поскольку консенсус относительно этих мифов отсутствует, а клиент должен получить «персональную мифологию» в эпоху постмодерна перед психотерапией могут стоять следующие задачи [2]: сделать творчество основополагающей ценностью; помочь клиентам в создании «личной мифологии»; помочь клиентам выработать трансперсональную перспективу как основу мировоззрения и найти субъективно истинные трансперсональные мифологические образы; помочь индивиду принять плюралистический образ своего Я (метафору многообразного Я, с помощью которой человек сможет осознанно разрешить себе выступать в одно время в родительской роли, в другое – в детской и т.д.); помочь людям больше узнавать о других культурах; предложить эклектический подход к лечению; помочь клиентам развивать в себе способность к метапознанию. Многочисленность аспектов и уровней сложности человеческого опыта подразумевает многообразие этиологических факторов, а это, в свою очередь, требует соответствующего разнообразия подходов к психотерапевтической работе, т. е. эклектизму, который представляет собой единственную ориентацию, апеллирующую ко всем полезным подходам в психотерапевтической работе. При этом вполне возможно создание метатеоретической системы, которая может стать идейной основой эклектизма [3].

В настоящее время можно говорить о сформировавшейся «психологии постмодерна», нарративная перспектива которой прослеживается от «лакановского лингвистического поворота в психологии» до Кевина Мюррея [4].В психотерапии постмодерна полисемантичный текст пациента с его бесконечными интертекстуальными связями может иметь бесконечное число толкований, среди которых нет истинных и ложных. Из многозначности и поливариантности трактовок текста пациента следует естественный плюрализм интерпретаций. Любая попытка выделения одного значения текста (например, из-за предвзятости психотерапевта) является фиктивной, откуда – антитеза Лютеру («На этом стою и не могу иначе»): «На этом стою, хотя могу как угодно» [5]. Психотерапевт не стремится «правильно понять смысл» текста пациента. В процессе психотерапии происходит «нарастание» смыслов друг на друга, образование сэндвича толкований. Более того, вывод Ролана Барта о том, что источник текста располагается не в письме, а в чтении, может быть применим к психотерапевтической ситуации – многозначность сущностей текста пациента фокусируется в психотерапевте, как «читателе текста».

Одна из задач, если не главная задача психотерапии состоит в интеграции личности человека (через мифологию психотерапевта) с доминирующей мифологией. Ситуация постмодерна размыла и без того неоднозначный парадигмальный статус психотерапии, что привело к следующим последствиям: 1) бесконечному клонированию психотерапевтических «империй» или «сект», возглавляемых «гуру» и живущих по своим законам; 2) отсутствию универсальных критериев верификации психотерапевтического знания; 3) разрыву между научной психотерапией с одной стороны и практической психотерапией – с другой с «комплексом неполноценности» последней («Почему, когда все понимаешь, ничего не происходит?»). Поскольку не существует ни объективных критериев, ни экспертов психического здоровья и психического расстройства, доминирующей темой психотерапии постмодерна является деконструкция. Большинство людей считают само собой разумеющимися такие «истины» как, например, «если Вы не зарабатываете на хорошую жизнь, Вы не успешны». Терапевты, практикующие психотерапию постмодерна, тщательно исследуют эти установки с точки зрения клиента. Кроме того, они подвергают сомнению основные положения их собственной профессии (например, концепцию переноса и ее уместность в работе с клиентами). Они обращают внимание на необходимость отказа от власти, предоставляемой терапевту клиентом, что достигается в сотрудничестве с ним. Психотерапией постмодерна является терапия диалога, который возможен лишь, когда люди не чувствуют себя абсолютно переданными определенным «пакетам идей» (теорий или притч). Постмодернистский терапевт, занимающий недирективную позицию агностика и скептика, глядя на все школы психотерапии, от психоанализа до теории поведения и семейной терапии, говорит: «Они говорят, похоже, что выяснили все, но я не верю этому. Они слишком уверены. Я же знаю о слишком многих исключениях из их правил» [6].

Постмодернизм допускает равноправность любых форм психотерапии. В психотерапии ситуации постмодерна равноценны тексты психодинамического направления, гештальт-терапии, экзистенциально-гуманистической, бихевиориально-когнитивной, трансперсональной и других версий психотерапии. Любая психотерапевтическая система является лишь системой координат, которая представляется удобной именно этому психотерапевту для решения определенных проблем у конкретного пациента (и которую можно в любой момент сменить на любую другую). Психотерапевту ситуации постмодерна остается лишь быть жонглером этими психотерапевтическими системами координат и уметь глубоко внедряться в любую интерпретацию любого текста. Психотерапевт ситуации постмодерна всегда находится в нескольких «плоскостях», у него нет «точки опоры» на какую-либо одну психотерапевтическую теорию и не может быть фиксированной «точки зрения».

Постмодернизм можно понимать как стиль психотерапии. Проблема «психотерапия и постмодерн» находит отражение в исследованиях в психодинамической терапии, дзен-терапии, нарративной, системной семейной психотерапии. Из среды явлений постмодерна можно выделить психотерапевтические принципы, приближенные, в частности, к идеологии гештальт-подхода [7]: неопределенность, фрагментарность, деканонизация, отсутствие «Я-позиции», непредставительность, невоспроизводимость, ирония, гибридизация (смешение стилей, кич), карнавализация, форма, конструктивизм и пункт, который «читатель может придумать самостоятельно». В клиент-центрированной терапии вместе с тремя «роджерианскими условиями» (сочувствие, безоговорочное положительное отношение и подлинность) широко используются и другие методы, которые могут быть отнесены к «постмодернистским» [8].

В качестве «постмодернистских» рассматриваются разнообразные методы арт-терапии [9], метод «направленных фантазий» (кататимного переживания образов Ханскарла Лёйнера и технику направленного фантазирования Роберта Дезолье) [10], некоторые техники психодинамической терапии и дзен-терапии [11]. В теории и практике семейной психотерапии значительное внимание уделяется теоретическим подходам, сформировавшимся уже в эпоху постмодерна, в частности – нарративной психотерапии [12], которая является основой системной семейной психотерапии и в которой выделяются следующие компоненты постмодернистской психотерапии:

  1. терапевт – «участник-распорядитель» разговора (а не «специалист»);
  2. язык (а не стиль взаимодействия) играет роль системы;
  3. смысл и понимание доступны благодаря постоянным усилиям;
  4. сложности создаются в системе языка и могут «растворяться» благодаря языку;
  5. изменения происходят благодаря развитию нового языка;
  6. для получения комментариев и участия в совместном создании альтернативных смыслов используются «рефлексирующие бригады» [13].

Структура психотерапии в большей степени представлена налаживанием определенного типа беседы между ее участниками. Основной вклад терапевта в процесс изменения состоит в конструировании определенного стиля беседы. Терапевт занимает рефлексирующую и молчаливую позиции, стараясь не поддаваться предложениям взять на себя роль «знающего». Задаваемые вопросы мягко и осторожно направлены на расширение и открытие смыслов. Совет в отношении какой-либо конкретной проблемы можно предлагать лишь как некоторые из множества возможных идей. Терапевт с пониманием относится к тому, что какая-то информация окажется несовместимой с опытом клиента, уважительно и с интересом воспринимает его мысли и реакции. Во время «бесед рефлексирующей бригады» ее члены разговаривают друг с другом перед семьей. Они развивают и проясняют темы, прозвучавшие во время сеанса, предлагают идеи, появившиеся у них во время слушания, а также активно реагируют на смыслы, выявленные в результате беседы. После этого члены семьи и терапевт вправе проигнорировать, отбросить или более детально развить эти темы.


«Появление бесконечного числа направлений психотерапии, каждое из которых претендовало на уникальность и превосходство, поставило психотерапию в затруднительное положение» [14, с. 223]. Одна из самых ранних попыток интеграции психотерапевтических направлений была предпринята в 1932 г., когда Т. М. Френч передал в Американскую психиатрическую ассоциацию рукопись, где шла речь о связи вытеснения с угашением и торможением. Спустя два года Л. С. Куби опубликовал статью, в которой утверждал, что эффективность определенных аспектов психоаналитической техники может быть объяснена с помощью условных рефлексов. В эпоху постмодерна интегративные тенденции в психотерапии значительно усилились [15], однако в психотерапии существуют принципиальные различия между интеграционизмом, означающим мультитеоретическую конвергенцию, и эклектизмом, т. е. подходом, основанным на совмещении разнообразных эффективных терапевтических методов. В некоторых подходах декларируется реальность интеграции различных психотерапевтических концепций (например, психодинамической, бихевиористской теорий и теории систем) [16], в других отдается предпочтение позиционированию подхода в рамках «эклектическо-интегративной психотерапии» [17]. При этом эклектизм рассматривается как метод или практика выбора из различных систем того, что представляется лучшим или «выбор того, что представляется лучшим из различных источников, систем или стилей и подчеркивается, что психотерапия эклектична по своей сути [18].

Во всяком случае, большинство современных психотерапевтических подходов могут без сомнения отнесены к эклектическим [19]. Не столь уж важно, какое именно объяснение или интерпретацию предлагает психотерапевт, так как не существует единственного правильного объяснении. Важно другое: имеют ли предлагаемое объяснение или интерпретация смысл для данного клиента и принимаются ли они им. Большинство психотерапевтов-эклектиков выбирают эклектический образ жизни и терапии по одной из двух следующих причин: это или те, кто разочаровался в том или ином подходе, или же те, кто чувствует, что эклектизм – лучший способ приспособить психотерапевтические процедуры к потребностям клиента [20]. Бессмысленно требовать от всех психотерапевтов одинаковых взглядов на мир и одной и той же философии жизни для того, чтобы заниматься эклектической психотерапией, приветствуется многообразие теоретических ориентаций, каждая из которых представляет собой сплав формальной теории, которой отдается предпочтение, с личной философией жизни терапевта [21].

Интегративно-эклектический подход превратился в ясно очерченную сферу психотерапии в последние десятилетия, что связано со следующими факторами [22]: количественный рост разных видов терапии; несостоятельность любой отдельно взятой теоретической системы в применении ко всем пациентам и проблемам; внешние социально-экономические обстоятельства (в частности, информированные потребители и страховая медицина); растущая популярность краткосрочного, сфокусированного на проблеме, лечения; возможность наблюдать за разными методами психотерапии и экспериментировать с ними; сходство в психотерапии играют важную роль в определении психотерапевтического исхода; идентификация специфических методов выбора (когнитивная и интерперсональная терапия эффективна при депрессиях, поведенческая – при фобиях, панических атаках и детской агрессии, системная – при супружеских конфликтах); образование профессиональных сообществ в поддержку интеграции. При этом выделяются и факторы, способствующие принятию эклектической или интегративной позиции: отсутствие прессинга доктринерского подхода и харизматической фигуры – примера для подражания; продолжительный клинический опыт; психотерапевтическая практика является способом реализации философии жизни; обсессивно-компульсивная потребность упорядочить психотерапевтические вмешательства; независимый характер, побуждающий выходить за рамки отдельного теоретического лагеря; скептическое отношение к statusquo.

В результате опроса 818 американских специалистов, занятых в системе психологической помощи, выявлено, что 38% из них не придерживаются того или иного «чистого» подхода, а являются сторонниками эклектики («интегративной модели»). Психотерапевты комбинируют буквально все имеющиеся теории, создавая свои собственные «клинические гибриды». При этом, если в 1976 г. наиболее часто комбинировалась поведенческая терапия с психодинамической, гуманистической и когнитивной, то уже в 1986 г. наиболее часто встречаются комбинации когнитивной терапии с поведенческой, гуманистической и психодинамической. В качестве одного из наиболее ярких примеров интегративного и эклектического подходов можно привести терапию Арнольда Лазаруса [22], который в 1967 г. предложил концепцию «технического эклектизма», реализованную им в «мультимодальной психотерапии».

По мнению Лазаруса, невозможность теоретического эклектизма заключается в том, что теории и представления, лежащие в основе многочисленных психотерапевтических систем, часто отражают фундаментальные идеологические и эпистемологические различия между системами, делающие их несовместимыми, тогда как технический эклектизм представляет собой научный метод, исходящий из необходимости специфического лечения в каждом конкретном случае. При этом Лазарус констатирует, что необходимы тесты и измерительные методы, которые позволили бы предсказать реакции клиентов на разные виды воздействия, инструментарий для принятия решений с предсказуемой валидностью и высокой надежностью. Представляется, что решение именно этих практических задач является первоочередным и наиболее актуальным для становления эклектической психотерапии в ситуации постмодерна.


ЛИТЕРАТУРА

  1. Ромек, Е. А. Экзистенциальная традиция: философия, психология, психотерапия [Электронный ресурс] // Е. А. Ромек. – http://www.psychology.ru/romek/therapy (27 января 2010).
  2. Blatner, A.The Implications of Postmodernism for Psychotherapy [Текст] / A. Blatner // Individual Psychology. – 1997. – Vol. 53. – № 4. – P. 476-482.
  3. Блатнер, А. Ролевая динамика [Текст] / А. Блатнер // Психотерапия – что это? Современные представления / Под ред. Дж. К. Зейга и В. М. Мьюниона / Пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – С. 255-259.
  4. Ильин, И. П. Постмодернизм: от истоков до конца столетия [Электронный ресурс] / И. П. Ильин. –http://tomsk.su/pub/.2/culture/semiotica/iljin/postmodern.htm (27 января 2010).
  5. Дубровский Д. И. Постмодернистская мода [Текст] / Д. И. Дубровский // Вопросы философии. – 2001. – № 8. – С. 42-47.
  6. Shawver, L. PostmodernTherapies [Электронный ресурс] // L. Shawver. – http://www.newtherapist.com/lois6.html(27 января 2010).
  7.  Вектере, С. Постмодернизм как феномен Гештальта? [Электронный ресурс] / С. Вектере // Слово, тело, нарратив в перспективе гештальт-подхода: записки с семинара. – http://www.gestalt.lv/rus/rizskii_gestalt_institut/knigi_i_stati (27 января 2010).
  8. Walker, M. T. Practical Applications of the Rogerian Perspective in Postmodern Psychotherapy [Электронныйресурс] / M. T. Walker. – http://www.guilford.com/ (27 января 2010).
  9. Копытин, А. Арт-терапия в эпоху постмодерна [Текст] / А. Копытин. – СПб.: Речь & Семантика-С, 2002. – 224 с.
  10. Ильин, К. В. Направленные фантазии – терапия общества «постмодерн» [Текст] / К. В. Ильин // Социальное воображение: Материалы научной конференции. – СПб., 2000. – С. 24-26.
  11. Twardon, A. Buddhist Practice and Postmodern Psychotherapy [Электронныйресурс] / A. Twardon.– http://www.purifymind.com/PostmodernPsychotherapy.htm (27 января 2010).
  12. Браун, Дж. Теория и практика семейной психотерапии [Текст] / Дж. Браун, Д. Кристенсен. – 3-е изд. – СПб: Питер, 2001. – 352 с.
  13. Boston, P. Systemic family therapy and the influence of post-modernism [Текст] / P. Boston // Advances in Psychiatric Treatment. – 2000. – Vol. 6. – P.450–457.
  14. Норкросс, Дж. К. Эклектическо-интегративная психотерапия [Текст] / Дж. К. Норкросс // Психотерапия – что это? Современные представления / Под ред. Дж. К. Зейга и В. М. Мьюниона / Пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – 432 с.
  15. Кулаков, С. А. Практикум по клинической психологии и психотерапии подростков [Текст]: учебник для вузов / С. А. Кулаков. – СПб.: Речь, 2004. – 464 с.
  16. Уочтел, П.Л. Интегративно-психодинамический подход [Текст] / П. Л. Уочтел // Психотерапия – что это? Современные представления / Под ред. Дж. К. Зейга и В.М. Мьюниона / Пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – С. 241-245.
  17. Норкросс, Дж. К. Эклектическо-интегративная психотерапия [Текст] / Дж. К. Норкросс // Психотерапия – что это? Современные представления / Под ред. Дж. К. Зейга и В.М. Мьюниона / Пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – С. 223-227.
  18. Бластейн, Л. Эклектическое определение психотерапии: эволюционный контекстуальный подход [Текст] / Л. Бластейн // Психотерапия – что это? Современные представления / Под ред. Дж. К. Зейга и В.М. Мьюниона / Пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – С. 250-255.
  19. Фицджеральд, Р. Эклектическая психотерапия [Текст] / Р. Фицджеральд, Р. П. Кропп, Г. М. Паркер. – СПб: Питер, 2001. – 320 с.
  20. Гарфилд, С. Л. Мультивариантная эклектическая психотерапия [Текст] / С. Л. Гарфилд // Психотерапия – что это? Современные представления / Под ред. Дж. К. Зейга и В.М. Мьюниона / Пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – С. 245-250.
  21.  Бойтлер Л. Систематическая эклектической психотерапия [Текст] / Л. Бойтлер // Психотерапия – что это? Современные представления / Под ред. Дж. К. Зейга и В.М. Мьюниона / Пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – С. 232-240.
  22. Прохазка, Дж. Системы психотерапии. Пособие для специалистов в области психотерапии и психологии [Текст] / Дж. Прохазка, Дж.Норкросс.– СПб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2005. – 384 с.
  23. Лазарус, А. А. Мультимодальная психотерапия [Текст] / А. А. Лазарус // Психотерапия – что это? Современные представления / Под ред. Дж. К. Зейга и В.М. Мьюниона / Пер. с англ. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – С. 227-231.
 
knopka up

 

Joomla SEF URLs by Artio